Сержант начал отпускать сцепление, и колёса среднего моста рванулись как обычно, но поднялись выше, что дало возможность чуть выйти из зацепления валу дифференциала, и начали проворачиваться, чего раньше не было. Почувствовав это движение, Литовко на мгновение задержал ход и затем легонько двинул КамАЗ вперёд. Средний мост начал подъём на камазовские борта, и в это время между мостами раздался металлический стук – это поросёнок упал на металлический борт КамАЗа.
– Получилось, ура! – заорали в один голос актепинцы.
Литовко немного проехал вперёд, освободив снятые борта, уложенные лесенкой. Бесспорно, сержант был опытнейшим водителем.
Радости у всех не было конца, мученья, вызванные жарой и неизвестностью, закончились, и, уже не обращая внимание на палящее солнце, начали собираться, закрепили борта на кузове, закинули снятые с пола доски, домкраты и неисправный поросёнок.
– Не торопитесь, – остановил их Роман, – его надо разобрать, снять с него вал и пустой поставить на место, иначе без него нигрол (11) с мостов вытечет при движении.
Провозились до шести вечера, но теперь собрав и сделав всё, что можно, двинулись в путь на паром, остановились у берега Сырдарьи, долго с наслаждением купались в её мутных водах, отмывались от мазута, грязи и всего вместе пережитого.
Погодин решил переждать выходной здесь, около реки. Вечером переправятся через реку, переночуют уже в Узбекистане и рано утром рванут в Карши, только, конечно, рвануть не получится на одном мосту, но ничего, часа за четыре-пять доберутся, получат имущество и автобус. Но первым делом надо найти дифференциал за любые деньги и поставить его на КамАЗ. Роман планировал за бочку соляры с прапорами-узбеками договориться, при необходимости отдаст две, топливо взяли с запасом, хоть где-то попали, на обратный путь он дозаправится по чек-требованию – в городе базировались окружные склады ГСМ.
КамАЗ загнали в высокую осоку в тень под опоры моста, обустроили место привала, разожгли костерок из прихваченного в пустыне сухого саксаула и сухой осоки, росшей по всему берегу Сырдарьи, поели досыта консервов и завалились спать.
Утро и день прошли спокойно в ленной сытости и томлении после купаний, вечером переправились через реку и без остановки поехали сразу в Карши. Спать не хотелось, днём отоспались, прибыли ровно в девять утра после развода складских подразделений.
После сдачи накладных начальнику отдела Погодин с Кирсановым хотели выбрать автобус сами, но в бокс их не пустили и выгнали первый попавшийся. Роману он понравился, и он оставил Андрея принимать его дальше, а сам пошёл в боксы для приёма запчастей, куда Литовко загнал свой КамАЗ. Там его уже ждал пожилой прапорщик-узбек.
– Вашу проблему знаем, поможем, но бочки мало.
– Бери половину второй, – вступил в торг Погодин.
– Не, соляр не нужен, бензин нужен бочка или давай пятьдесят рублей.
– Вы вроде узбеки, а не евреи, – удивился Роман.
Деваться было некуда, после не очень долгих торгов порешили: сломанный дифференциал и два плохих домкрата они поменяют на новые за бочку соляры и почти полную бочку бензина, взятую для перегона автобуса.
– В автобус зальём только литров пятьдесят, до складов должно хватить, – изложил Роман Литовко.
Все дела закончили только в самом конце дня, уже вечером выгнали две машины на специальную стоянку и разбрелись по машинам. Роман спал на матрасе в прохладном кузове, Литовко – в кабине КамАЗа, Кирсанов – в своём автобусе.
Утром, заправившись на складах, актепинцы двинулись в обратный путь и в среду к исходу дня подъехали к воротам своего автопарка.
Роману, конечно, пришлось объясняться за четыреста излишне израсходованных литров топлива, брать на свою роту списание соляры и бензина, но что это было в сравнении с тем, что они выполнили задачу, прибыли без потерь и выжили в жаркой пустыне! Он жалел только об одном: что не успел заехать к своему другу Лому, и поклялся, что в следующую командировку обязательно встретится с ним.
Для Романа это было первое крещение в его будущей нелёгкой, но многогранной и интересной офицерской судьбе.
Туркменистан, или бывшая Туркменская Советская Социалистическая Республика, занимает огромную территорию в 1560 тысяч квадратных километров на карте мира, но большая её часть – это безжизненная пустыня Каракумы.
Только в нижней части страны расположена цепь оазисов вдоль Каракумского канала, построенного в советское время. В этом оживлённом месте проходит железная и автомобильные дороги, там же и расположены четыре областных города: это Ашхабад, Красноводск, Мары и Чарджоу, пятый областной город Туркмении, Ташауз, находится в верхней, северной части государства.
Ашхабад – столица, Красноводск – на Каспии, Чарджоу – почти граница с Узбекистаном, Ташауз – где-то наверху по карте, и только Мары хочется назвать центральным городом каракумской пустыни.
