Высокий бармен за стойкой имел узкие плечи, горб, как у Самигины, и такую же лысую голову с приплюснутой мордой. Острые зубы торчали из уродливого рта также неприятно напоминая его противную сестру.
- Я - Гасион, владелец этого прекрасного заведения. А вы кто такие? - довольно высоким голосом спросил бармен, и повернул голову на бок, любопытно разглядывая их своими овальными глубоко посаженными глазами.
- О, это великолепно! - каркнул Торл, оглядываясь назад, - Я от вашей сестры, от Самигины. Меня зовут Торл. Она просила вас принять меня на некоторое время и разместить у себя. А этот со мной, - он махнул клювом в сторону крыса.
Бармен молчал, продолжая разглядывать своих странных новых постояльцев.
- И я должен поселить тебя, только потому, что моя дурацкая сестрица этого хочет? - на его лице не было и тени радости. Маленькие угли под большим нависающим лбом сверкали, и отнюдь не радушием доброго хозяина таверны.
- Мсье, я думаю вы не поняли меня, - прибавил настойчивости ворон, - Такой клиент, как я, вам придётся очень по душе, - он провёл крылом над столом, и на нём оказалось три серебренные монеты.
На этот раз бармен не спорил. Он схватил деньги, лизнул по очереди каждую, проверяя, нет ли привкуса магии иллюзий, и с довольным выражением некрасивого лица поклонился.
- Я всё понял, вас никто не потревожит...
- Гасион, еще самогона! - взревел в этот момент сзади козлоногий выпивоха, плюхнувшись на табуретку рядом с вороном и крысой. - Я хочу раздавить эту бесхвостую мышь! - крикнул он и хлопнул рукой по барной стойке как раз в том месте, где только что сидел Степан. Но хозяин таверны уже успел привыкнуть к мысли, что Торл и крыса - его новые постояльцы, и потому быстро сдвинул их обоих к краю стола.
- Вот твой самогон, Валу, и пойди присядь, эта мышь нашего нового гостя, не будем обижать его, - он мило улыбнулся, обнажив длинные тонкие клыки и обняв за плечо пьяного демона, тем самым прикрыв собой новых постояльцев.
- Почему это я - мышь? - возмутился Степан, и в тот момент, когда бармен Гасион и козлоногий Валу обернулись, изумившись наглости человеческой души, Торл уже схватил его за шкирку левой лапой и уносил в комнату, ключ от которой теперь лежал у него в правой лапе.
Они пропустили так несколько лестничных пролётов, пока ворон не остановился на одном из этажей. Их комната была третьей с конца по левой стороне коридора. Прямо перед дверью Торл сбросил Степана на пол и сам уселся рядом, положив маленький, покрытый ржавчиной, ключ перед собой.
- Почему ты не откроешь? - спросил крыс.
- А ты видишь здесь где-нибудь замок? - хмыкнул Торл. Степан поднял голову вверх и рассмотрел дверь. Это была местами блестящая рыжеватая металлическая пластина с пятнами от пальцев рук, ног и копыт, плевками и грязью. Но без намёка на замочную скважину.
В это время Торл нагнулся к ключу, взял его в клюв и, запрокинув голову назад, проглотил. Потом поёжился под любопытным взглядом Степана, будто укладывая его в желудке поудобнее и, раскрыв крылья, довольно сказал.
- Открывайся!
И тут же большая металлическая дверь заскрипела и отворилась.
- Ловко, - выдал крыс и прошёл внутрь, переваливаясь с ноги на ногу.
Комната оказалась очень небольшой лишь с одной маленькой кроватью у левой стены, оклеенной старыми грязноватыми обоями под бамбук. На кровати была довольно толстая перина, набитая стриженой шерстью и большая круглая подушка синего цвета. Напротив входа - небольшое окно, из которого были видны соседние унылые дома и часть мостовой. На стенах облупившаяся краска рисовала картины плясок и пенных возлияний сатира и русалки. Под окном стоял металлический стол со следами лазурной эмали из такого же тонкого металла, что и вся таверна. Во многих местах он был гнутый, вмятины покрывали всю его поверхность. Рядом стояла пара более толстых стульев, чтобы выдержать объёмы даже очень внушительных постояльцев, и всё.
- Создаётся впечатление, что если на этот дом хорошенько дунуть, он развалится, - сказал Степан, одним прыжком забираясь на мягкую, но грязноватую перину.
- Вероятно, так и есть, - ответил Торл, взлетая на стол и осматривая вид из окна, - однако нам повезло, что брат Самигины держит именно это место. Если бы мы остановились в трактире поплоше, рисковали бы спать в общем зале, вместе с толпой вонючих бесов. И не известно, проснулись ли бы мы там вообще.
- А не проще бы тогда было остановиться на улице?
- Ты наверно не всё знаешь о местных правилах, раз спрашиваешь об этом уже который раз. И я, так и быть, тебя просвещу. Спать на улице запрещено законом. Если тебя найдёт один из демонов-охранников, рискуешь лишиться головы на месте. Хотя тебе - то это не принципиально, - махнул крылом ворон.
- Вообще-то умирать больно, - ответил крыс, - но откуда мне знать законы Падших?
Степан задумался.
- Вот, видимо, почему меня столько раз убивали во сне. Пару раз я успевал проснуться и видел громадные фигуры охранников, бицепсы в золочёных браслетах. Но разве я мог подумать?.. Какой дурацкий закон.