— К сожалению, сынок, все мы смертны. Нужно быть готовым к любому исходу.
На глазах Деспины блеснули слёзы. Она отвернулась и принялась чистить креветки. Дети подошли сзади и обняли мать.
— Тебе помочь? — спросили они в один голос.
— Можешь отрезать усики, дочка, а ты, сынок, принеси, пожалуйста, из кладовой лук.
Кейси встала рядом с матерью, закатала рукава, взяла кухонные ножницы и принялась за дело:
— Мам, я хочу у тебя кое о чем спросить.
— Конечно, милая.
— Помнишь, когда ты впервые увидела Афродиту, ты сказала, что она очень похожа на свою мать, с которой вы когда-то дружили?
— Да, конечно, сходство просто удивительное!
— А у тебя нет случайно её фото?
— Полно! У меня целый мешок фотографий с того времени. А что? Бедняжка хочет посмотреть на своих родителей?
— Да, а как ты догадалась? — обрадовалась тому, что не придётся ничего придумывать, Кейси.
— Ну это же понятно, дочка. Я после обеда поищу.
— А можно я попробую? Раз они так похожи, я без труда её узнаю.
— Хорошо. Пойди принеси синий пакет из комода.
Кейси чикнула последний усик, сполоснула руки и убежала в зал. Вместе с пакетом, полным фотографий, она прихватила старое прабабушкино фото. Перевернув его лицевой стороной вниз, она принялась быстро перебирать снимки. Девушки и парни в смешных цветастых рубашках, жилетках, с амулетами и длинными спутанными волосами мелькали перед глазами, создавая ощущение кинофильма. Ожидаемое лицо не заставило долго себя ждать. На Кейси смотрело лицо Афродиты с цветком в огненных кудрях. Изумрудный взгляд подруги пронзал с фото и казался живым. Она разложила перед собой три фото в ряд: подругу прабабушки, мамы и свою в телефоне. Кровь застыла в жилах. Это не родственное сходство, это один и тот же человек!
— Мам…
— Да, дорогая?
— Подойди, пожалуйста, — хриплым голосом сказала Кейси.
Деспина вытерла салфеткой руки и приблизилась к столу. Мать и дочь смотрели на Афродиту в трех поколениях и не могли вымолвить ни слова. Перед глазами Кейси появился четвёртый образ Афродиты, выходящий из морской пены бурлящего моря. Сон полностью вернулся в память Кейси, разрывая сознание, логику и веру на тысячу кусков.
Каждый раз, когда ночь окутывала землю, на сердце Ставроса, словно черное покрывало, ложилась невыносимая тоска. Вот уже несколько недель, как его мучила бессонница. Странная встреча с Афродитой в тёмном переулке оставила после себя горький привкус необъяснимого страха, мелкими бабочками дрожащего в его животе каждый раз, когда он думал о женщине. Он долго не решался, но любопытство в конце концов взяло верх. Дождавшись, пока все крепко уснут, Ставрос бесшумно вышел из дому, укутавшись в черное пальто по самый нос. Ноги понесли его в сторону района Вардари, на всем известную «улицу наслаждений». Над каждым подъездом висела красная лампочка, словно застывшая капля крови. Среди десятков домов «любовного гетто» Ставрос уверенно шёл к одному. Девушка по имени Сапфо, исполнительница самых порочных и дерзких мужских желаний, всегда была готова принять клиента. Он нажал на кнопку звонка.
— Кто? — послышался голос из домофона.
— Ставрос. К Сапфо.
Раздался щелчок, дверь открылась, и чернота поглотила мужчину. Не зажигая света, привычным движением Ставрос вызвал лифт и стал ждать. На площадке была приоткрыта одна дверь, из которой наблюдала зорким взглядом перезрелая «жрица любви» в нижнем белье и прозрачном пеньюаре. Он повернулся к ней, чтобы поприветствовать «цацу»29, которая была защитницей и своего рода покровительницей девушек борделя. Завсегдатаи хорошо знали это размалёванное лицо с выцветшим взглядом и яркой помадой, только сейчас на него смотрели два горящих изумруда с алыми, как кровь девственницы, губами. Пеньюар развевался, словно от порывов ветра, открывая абсолютную наготу. Ставрос было открыл рот, чтобы что-то сказать, но слова застряли в горле. К счастью, раздался спасительный грохот прибывшего лифта, и он поспешил скрыться в узкой кабине. Ему стало жутко, на лбу появилась испарина. Старый лифт долго полз на третий этаж и наконец, слегка подпрыгнув, остановился. Ставрос толкнул плечом железную створку и поспешил к заветной квартире с полуоткрытой дверью. Худенькое создание с подростковой фигурой, в крохотных кружевных шортиках и прозрачном топе, лежало на огромной кровати, расположенной в центре единственной комнаты. Огромное мужское тело, не раздеваясь, навалилось на девушку всем своим весом. Собрав в кулак светлые кудри, Ставрос впился в пухлые губы девушки, кусая их в кровь. Правая рука привычно расстегнула ширинку. Но там, где обычно собиралась вся мужская сила, сейчас была бездействующая пустота. Сделав пару тщетных движений, Ставрос замер и посмотрел на девушку, лежащую под ним. Пара кошачьих глаз, как два лазера, пронзала его исказившееся в панике лицо. Огненные кудри разлетелись по подушке, белые зубы сверкали в темноте. Как безумный он вскочил и отпрянул от кровати.
— Что ты тут делаешь? Где Сапфо? Убирайся отсюда! — прохрипел он не своим голосом.
