Там, у края неба полностью

– Это трудно описать словами... – хмыкнул Патрик. – Все сидели с растерянным видом – услышать такое никто не ожидал, зато Розамунда стояла довольная и счастливая – ведь все произошло так, как ей и хотелось. Правда, мой несостоявшийся тесть не нашел ничего лучше, как неестественно веселым голосом попытаться сказать, что у его дочери очень необычное чувство юмора, и это просто оригинальная шутка, над которой через минуту все посмеются, но было ясно, что в данный момент никому не до смеха.

– Она назвала имя счастливца?

– А то как же! Розамунда гордо заявила, что с Валентайном, сыном герцога Малк, у них самая настоящая любовь, о которой другим можно только мечтать, и они двое просто созданы друг для друга, только вот из-за злого рока не могли быть вместе. Теперь же, когда она свободна, можно начать готовиться к свадьбе, тем более что именно об этом давно мечтает ее новый жених.

– И что на это сказал отец Розамунды?.. – спросила я.

– Да там вообще никто ничего не сказал – все сидели с открытыми ртами после того, как узнали имя нового возлюбленного Розамунды. По-моему, даже фрейлины на какое-то время потеряли дар речи. Дурная репутация Валентайна известна слишком хорошо, и к тому же идут разговоры о том, что герцог Малк стал подыскивать сыну жену среди иноземных принцесс, благо за некоторыми из них дают очень неплохое приданое. Потом мать Розамунды упала в обморок, отец стал кричать, гости зашумели... В общем, там было нескучно.

– А как во всей этой кутерьме повела себя твоя бывшая невеста?

– Она никак не могла понять, отчего все накинулись на нее с обвинениями! Стояла с недоуменным видом, и говорила что-то вроде того: мол, вы же должны за меня радоваться, а ведете себя так, что мне хочется заплакать... Ну, а я воспользовался моментом, чтоб откланяться. Правда, меня пытались задержать, но безуспешно.

– Представляю, что сейчас творится в том доме!.. – покачала я головой.

– Сомневаюсь, что можно представить в полной мере размер катастрофы! Рухнули все планы семейства, причем все это произошло в присутствии свидетелей! Уже к завтрашнему дню об этом будет знать вся столица! Но главное – я дал понять родственникам Розамунды и их гостям: все разговоры о том, что я будто бы связался с темными силами и едва ли не превращаюсь по ночам в чудовище – это выдумки Валентайна. Что ж, подобное вполне в духе сына герцога Малк – не зря же у него репутация далеко не самого порядочного человека, и для него кого-то оболгать – едва ли не в порядке вещей. Впрочем, Розамунда не стала опровергать эти мои слова – похоже, ей даже польстило, на какие безумства готовы кавалеры ради нее. Так что, думаю, смолкнут все разговоры о том, будто я имею дело с темными силами.

Да уж... – подумалось мне. Хороша, видно, репутация у сына герцога Малк, раз люди готовы поверить в то, будто ради своих низменных целей он способен на подобное! Хотя для многих обывателей такое поведение сильных мира сего рассматривается, скорей, как поступки тех, кому дозволено все по праву рождения. Хотя кто знает – возможно, и у таких людей бывает что-то светлое в душе.

– Наверное, это прозвучит глупо, но вы можете предположить, что этот самый Валентайн и в самом деле влюбился в Розамунду?.. – спросила я. Ответом мне были едва скрытые улыбки – похоже, что Патрик с отцом совершенно исключали такую возможность.

– Если бы ты имела хоть малейшее представление о том, что за человек Валентайн, то такая мысль не пришла бы тебе в голову... – развел руками Патрик. – Сын герцога Малк и высокие чувства – это звучит нелепо. Да и ранее он не обращал никакого внимания на Розамунду. Грубо говоря, он стал подбивать к ней клинья сразу же после того, как я исчез из столицы – как видно, сын стал выполнять поручение отца: надо было каким-то способом выяснить, куда я сбежал, и где отсиживаюсь. Понятно, что мой отец никогда не ответил бы на этот вопрос, а вот у невесты кое-что можно выяснить. Конечно, репутация у Валентайна не из лучших, за ним тянется целый шлейф скандальных историй, но, тем не менее, он достаточно обаятелен, и умеет внушить к себе немалое расположение. К тому же сын герцога весьма недурен собой (с этим не поспоришь!), и потому задурить голову молодой девушке для него не составило ни малейшего труда.