Та пришла в себя, подняла голову и с досадой проговорила:
— Что тебе узка, что ль, дорога? Идёшь прямо на человека, невежа!
— Извини, коли помешал. Ты ведь тоже не особо глядела перед собой.
Маруся присмотрелась внимательней к Панкратову и узнала его. Спросила, улыбнувшись:
— Как ты сюда попал, Панкратов? Ты, ведь, заядлый был коммунист, а теперь неужели перешёл к нам?
— Да, я сейчас нахожусь там, где и вы, но только задания у нас разные, — Панкратов держал правую руку в кармане, где у него был наган. — Поэтому именем закона я вас арестую.
— Ты что, с ума сошёл, чтобы между наших ты мог меня арестовать? — недоверчиво хмыкнула она. — Да мне стоит только свистнуть, и сюда примчатся мои верные люди.
— А вот этого не стоит делать! — Панкратов вынул наган и приставил к её животу. — Оружие есть?
— Нет!
— В ваших интересах соблюдать спокойствие и следовать моим указаниям, — произнёс Панкратов. — Иначе я тут же пристрелю вас.
Он взял женщину под руку левой рукой, в правой продолжая держать наган, и направился к Данилову.
— Иди за мной, Михаил, — скомандовал Панкратов, поравнявшись с другом, но не останавливаясь.
Вместе с Даниловым стоял в тот момент председатель сельсовета Камбарщины. Увидев Марусю под конвоем, тот растерялся, но Данилов кивнул ему и потащил за собой за рукав. Так, вчетвером, они отправились на пороховой завод, находившийся в ближайших окрестностях, где и сдали Марусю в особый пост №1 под расписку. А особый пост тут же отправил её в Тамбов в губчека, где после нескольких жестоких допросов, знаменитую тамбовскую атаманшу и расстреляли.
Узнав о том, что их любимую Марусю поймали, её люди подняли всю Камбарщину и Кузьмину-Гать, поставили всех на уши и бросились мстить за неё в село Бокино, где зарубили 47 коммунистов и советских служащих.
Немедленно покинули Камбарщину и Панкратов с Даниловым. Пешком, так как их лошадей попросту угнали, они тронулись в сторону Кузьминой-Гати. Им повезло, что антоновцы с ними разминулись.
5 апреля 1921 года командир бронелетучки №7 Войтенков получил устное распоряжение от командира 2-й группы немедленно отправиться со своей бронелетучкой в направлении села Баланды для укрепления красных частей, ожидавших приезда к месту боевых столкновений с антоновцами самого Наркомвоенмора Троцкого.
Бронелетучка прибыла к мосту 75-й версты уже поздно вечером, часам к одиннадцати, и остановилась. Впереди, освещая половину вечернего ясного неба, полыхало зарево. Антоновская контрразведка и на сей раз сработала прекрасно, своевременно узнав о готовящемся приезде Троцкого. Мост подожгли с обеих сторон. Осмотрев местность в бинокль, насколько это было возможно, используя свет от пожара, и убедившись, что вокруг всё тихо, Войтенков отдал команду своим бойцам подключиться к тушению моста, выставив вокруг охрану.
Когда мост был потушен с обеих сторон, воцарилась полнейшая тьма. И тишина. От скованной ледовым панцирем реки поднималась прохлада, неприятно прорывавшаяся под одежду. Вдруг вдали послышалось какое-то гиканье и шум. Бойцы насторожились. Комиссар бронелетучки подошёл к Войтенкову.
— Не лучше ли двигаться куда-нибудь?
— Двигаться всегда лучше, — кивнул головой Войтенков. — Вот знать бы только, куда.
— Нам нужно выполнить задание и прибыть на станцию Баланда.
— А мне нужно ещё при этом и сохранить людей. Ты уверен, товарищ Лацис, что с той стороны нас ждут наши, а не бандиты Антонова.
— Не уверен, но мне кажется, что мост бандиты тушить не стали бы.
— А ты крестись, Юозас, когда тебе что-то кажется. Крестись. Сейчас всё равно темно и этого никто не увидит.
— Я тебя не понимаю, товарищ Войтенков.
— А тут и понимать нечего. У меня нет связи с полевыми войсками и я не знаю, что нас ждёт там, за мостом. К тому же, некоторые брусья, державшие рельсы, перегорели. Мы отходим в безопасное место. Кабаков, — позвал Войтенков своего помощника, — приказ машинисту: отъезжать версты на полторы назад, там есть видное, повыше, место, и там остановиться.
— Есть! — взял под козырёк Кабаков и побежал выполнять приказ.
Войтенков отошёл от комиссара.
— Всем садиться! — приказал он.
Бронелетучка остановилась именно там, где и приказал командир. Спустя несколько часов прибыл бронепоезд №34. Войтенков доложил командиру бронепоезда обстановку. Совместно приняли решение подъехать к мосту и обстрелять из пулемёта прилегающую местность, а из пушек — село Баланду. После прекращения стрельбы Войтенков предложил командиру бронепоезда отъехать до станции Лысые Горы для того, чтобы можно было разъехаться и пропустить бронепоезд вперёд.
— Не пойдёт! — не согласился командир бронепоезда. — К чему рисковать. Не лучше ли дождаться рассвета, исправить мост, и направиться к мосту 76-й версты?
— Пожалуй, лучше, — подумав некоторое время, согласился Войтенков.