Бек дошел до повозок, и тут же из них высыпала группа женщин и детей. Они кинулись обнимать бека. «Ну вот, бек, а ты боялся, что увидишь трупы. Все обошлось», – мысленно порадовался за него князь.
Бек взял под уздцы первую лошадь и повел к городу. Остальные повозки последовали за первой.
Князь стоял на стене, глядел за приближающимся маленьким обозом и соображал – открыть ворота и пустить обоз в город? Все-таки женщинам и детям удобнее жить в городе, чем в шатре в открытом поле, среди воинов. А впрочем, пусть бек решает сам, его семья. Видно же, как он рад и соскучился. С другой стороны, семья бека – это не семья простого воина.
Князь сошел со стены.
– Открой ворота – обе створки, – приказал он дружиннику. – По-любому, если Тамерлан появится вдали, татар придется впустить в Елец.
Колеса подвод уже стучали по бревнам моста. Бек, как будто это делал всегда, завел обоз через ворота в город. Тоже, небось, видя открытые ворота, раздумывал – куда вести обоз?
Князь подошел, взял лошадь под уздцы с другой стороны и повел к своему дому. Хоромы большие, место для семьи бека найдется – пусть поживут.
Слуги, видя странную процессию, догадались открыть ворота во двор, куда маленький обоз и въехал.
– Отвожу тебе и твоей семье, бек, три комнаты. Пусть располагаются, гостями будут. Сейчас их покормят.
Пока женщины и дети вылезали из повозок, князь прошел в дом, распорядился накрыть стол в трапезной и подготовить комнаты. Федор Иванович вышел на крыльцо и пригласил всех в дом.
Первым прошел бек, за ним – его семья. Слуги провели их в отведенные комнаты – привести себя в порядок после долгой дороги. Бек же задержался и, обернувшись к князю, с легким поклоном приложил руку к сердцу:
– Благодарю тебя, Федор Иванович, за гостеприимство.
– Сочтемся, – смущенно сказал князь. Вот уж неожиданное происшествие!
Едва откушав, гости улеглись спать – долгая дорога на повозках утомляет. Бек же ушел в лагерь к воинам.
Вопреки худшим ожиданиям вечер и ночь прошли спокойно, и только к полудню наступившего дня далеко на горизонте показалась туча пыли.
Немедленно известили князя, и почти тут же под ворота крепости заявился бек.
Открыли ворота, и в город вошли крымчаки. Впервые за всю историю города русские сами впустили в город своих извечных врагов.
Табун коней еще вчера был уведен на поляну в Истошном лесу.
– Какие стены оборонять моим воинам? – деловито спросил бек.
– Вот эту, что к реке, и ту, где твои воины лагерем стояли.
Бек тут же отдал приказание на татарском, и крымчаки ловко полезли на стены. Такого количества воинов на своих стенах старый город еще не видел.
Князь встал рядом с беком.
– По-моему, пора зажигать мост, – сказал князь.
– Да, Федор Иванович. Хоть и невелика река, а все же преграда.
Бек кивнул, и несколько горящих стрел воткнулись в настил моста. Медленно стали заниматься доски, затем пламя разгорелось. Языки огня взмыли вверх, трещало дерево, разбрасывая угольки. Поднялся серый дым, затем сменившийся черным. «До опор огонь дошел, – с сожалением подумал князь. – Они же смолою облиты, чтобы не гнили долго, чтобы мост стоял прочно».
– Э-э-э! Не жалей, князь, моста. Самому бы уцелеть. А мост мужички снова отстроят! – сказал бек Ярык-оглан, увидев огорченное лицо Федора Ивановича.
Невыносимо долго шло время. Черная армия приближалась. Топот копыт нарастал, казалось, содрогалась земля.
«Сколько же их? – ужаснулся про себя князь. – Не устоим!»
Подойдя к реке, армия Тимура развернулась широким фронтом и замерла. До всадников вполне можно было достать стрелой из лука.
К урезу воды подошел воин.
– Эй, жители Карасу! Выдайте великому эмиру хана Тохтамыша и его бека, Ярык-оглана, и мы уйдем!
– Нет у нас хана и не видели! – прокричал кто-то из дружинников.
– Зато бек у вас, и я его узнал! – крикнул в ответ воин Тимура.
– Тогда приди и возьми! – Дружинник показал неприличный жест.
Воин сплюнул в реку и вернулся к гулямам.
Князь рассматривал невиданную доселе армию. Чудно! Каждая тысяча имела коней одного цвета – каурых, серых, гнедых. Щиты круглые, небольшие. У всех копья короткие, да шлемы на головах, но не такие, как у татар или русских.
Неожиданно воины Тимура дружно вскинули луки. Залп! Тысячи стрел тучей понеслись к городу, ища своих жертв.
– Берегись! – раздался чей-то крик на стене.
Князь успел пригнуться.
Стрелы впивались в стены, с противным шорохом смертельным дождем пролетали над головами и находили все-таки свою цель – уже за стенами в городе. Появились первые убитые и раненые. Жители, неосторожно вышедшие на улицы, поспешили укрыться в домах.
Бек махнул рукой, и крымчаки ответили залпом.
Никакой защиты, кроме брони, у гулямов не было. Стрелы крымчаков попадали в незащищенные места, в коней. Войско Тимура понесло под Ельцом первые потери.
Взревела труба, гулямы отошли от берега на дальность полета стрелы и спокойно, на виду у города, стали разбивать походный бивуак.
– Вот наглецы! – только и смог вымолвить князь.
– А чего им бояться? – даже не удивился бек. – Были бы у тебя, князь, камнеметы или баллисты – другое дело.
