Ориндейх, Архган и Лейтвут — так называются эти три острова. Они расположены недалеко друг от друга, воссоздавая идеальный треугольник. Скрываются от всего мира под одной неприступной стеной, сооружённой для защиты от внешних нападений. Три разных правителя, объединённых общей целью. Они не занимаются внешней политикой. По этой причине сложились поверья, что этот народ дикий, ведь о них ничего неизвестно.
Говорят, самые отчаянные жители континента бегут на острова за лучшей жизнью. Виолетта не раз слышала от однокурсников в Училище, что каждый несправедливо осуждённый или попавший в опасность человек в праве пересечь море и предстать перед правителями островов с просьбой о покровительстве. Если удастся подтвердить чистоту своих намерений, — они берут под крыло каждого. Некоторые остаются там навсегда, а кто-то возвращается затем домой. Ели верить слухам, островитянам не важно, насколько человек опасен. Они выше всех других законов и пророчеств. Если путник достоин спасения, — ему помогут.
Виолетта вспомнила разговор с Владом перед отъездом. Они затрагивали тему побега. Если Алластер Грин ошибается насчёт важности этой поездки, девушка всё равно может извлечь пользу. Поймёт, насколько реально будет укрыться там вместе с братом. Этими мыслями она успокаивала себя всю поездку. Иногда обменивалась посланиями с Владом. Он редко отвечал, но после каждого ответа становилось легче.
Долгое плавание скрашивали только плановые остановки с вылазкой на берег и рассказы матросов. Они рассказывали истории о своём мореходстве, морских чудовищах и коварных сиренах. Рассказывали о семьях, по которым скучают. Как-то друзьям довелось послушать историю одного юнги, которая намертво осела у Виолетты в голове. Он рассказывал её двум бывалым матросом, которые не проявили особого интереса. Они уже слышали эту историю не один раз. А вот Виолетту она очень впечатлила. Она до сих пор помнила этот рассказ со слов юнги, словно он стоял прямо сейчас рядом и рассказывал:
— Когда я только начал заниматься судоходством, слышал от одного механика занятную историю о том, как один давнишний экипаж наткнулся на странный остров, пока бороздил море к востоку от Гамильдтона. Они стояли на воде ровно три дня и три ночи, когда по правому борту заметили одинокие земли. Что-то в этом острове сразу не понравилось капитану. Он не был указан в маршруте, и отсутствовал на всех картах и чертежах. Но в этих местах пролегал восточно-тихнивский залив, где обитает редкий вид радужной рыбы. Хоть это и запрещённая торговля, но стоит огромных денег.
Капитан велел спустить якорь и пришвартоваться. Все эти три дня и три ночи моряки спускались в шлюпки и ловили сетями редкую рыбу. А остров словно следил за ними со своих высот. Но было в нём что-то не так. Днём остров как остров, а вот ночью был он весь окружён якобы каким-то сиянием странным. И ни одному только капитану казалось, что доносится оттуда по ночам тихое женское пение. Да такое красивое, что трепетало сердце. Никто понять не мог, что за чертовщина. То ли игры разума, то ли шум волн искажал слух. Вот только постепенно, ближе к третьей ночи, матросы уже начинали понемногу нервничать, поддаваться панике. Неспокойно им было в этих водах. Просили капитана скорее убраться отсюда. На что капитан распорядился собрать небольшую группу и прочесать остров, дабы убедиться, что там нет ничего страшного.
Высадились матросы у песчаного берега. Неспокойно им было, да как-то тоскливо на душе. Но ради того, чтобы скорее убраться с острова, спешили выполнить распоряжение капитана. Час ходили они по этим джунглям, другой. Вроде всё чисто. Ни одной живой души. Уже собрались уходить, да вдруг снова почудилось дивное пение девичье. Печальное какое-то, тоскливое. Матросы обменялись взглядами и направились глубже в джунгли в сторону этого пения. Вскоре вышли они к внутреннему заливу. А там на камнях сидела обнажённая дева с длинными-длинными волосами и пела, полоская рукой в кристально-чистой воде. Обомлели матросы, зачарованные её красотой и голосом. Сразу забыли зачем пришли и почему она одна на этом острове. Вот только эта прекрасная дева оказалась морской тварью, сиреной, которые губят моряков и топят корабли. Что стало с этими матросами, никто не знает.
Долго ждал их капитан с командой на корабле. Пол дня ждали, до глубокого вечера. Устали ждать, и решил капитан сам спуститься на остров. Собрал оставшихся людей, сели в шлюпки. И отправились они на этот остров. Долго бродили, кричали имена своих товарищей. Пока не забрели в самую чащу джунглей. И снова раздалось знакомое пение сирены. Замер капитан, потом дал знак команде. И отправились они все на источник голоса. Никто не знает, что сотворила с ними сирена. То ли потопила, то ли разорвала в клочья. Но никто из них так и не вернулся с острова. А корабль так и стоял на воде много лет, пока от времени не пошёл ко дну. Говорят, его до сих пор можно обнаружить на дне моря в восточно-тихвинском заливе. Точнее, его обломки.
