Сказав это, срываюсь с места. Сначала надо найти проснувшихся разведчиков улья, нанести им поражение и разбудить основную часть амфибий. Почему не атаковать спящих? Так они после первых смертей сразу проснутся. Ведь это муты, а значит менталисты, что чувствуют друг друга.
Сколько их здесь? Наверное несколько сотен. Глупо ли идти на них такими малыми силами, пусть и при наличии дершеров? Отчасти да. Поэтому мы примем бой на своих условиях.
На всякий случай я положил пару кертулов внутрь димортула. Это резервный вариант, но очень опасный. Мы лишь проверяем теорию относительно кертулов. Если что-то пойдёт не так, то мы отступим. Но лучше все-таки зачистить живую шахты от мутов.
Ещё меня волновал призрачный охотник, но после стычки на площади спракс не показывался. Боялся ои я того, что он атакует в наше отсутствие Хауфи? Нет, так как я помню его эмоции. Немного разобравшись, я понимаю, что он ищет определённую цель — меня. Я его ранил и стал заклятым врагом, но и до этого он, по ощущениям от его эмоций, был нацелен на меня. Даже промелькнула мысль, а не послали ли его за мной специально? Если это так, то сложно представить, кто за этим стоит.
Несусь по коридорам вниз. Останавливаюсь, приседаю, кладу руки вниз и пускаю в стороны эховолну. Результат получаю сразу — через пару коридоров от меня бродит группа амфибий. Разведчики улья. Вы-то нам и нужны. Бегу в их сторону, кулаки сжаты и из костяшек вырастают острые клинки.
До того, как я достигаю группы мутов, чувствую, что те замерли. Словно не понимали, какая странная дичь спешит им на встречу. Мысленно ругаю себя. Ментальный кимбар транслирует мои эмоции, их уловили, а значит там насторожились. В прошлый раз такого не было. Да и в других схватках с мутами. Видимо возможности живого импланта растут. Учтём.
Проваливаюсь в слияние, эмоциональный фон исчезает. Мы отслеживаем эмоции мутов, но они перестали ощущать нас. Улучшенные мышцы ног позволяют нам развить невероятную скорость. Пусть и раньше мы не были черепахой, но сейчас мы обгоним иной гоночный болид из прошлого моего мира.
Вот и враг. Стоят не плотной толпой впереди. Поднимаем руку и выпускаем шип тойля, который пролетает меж тел стоящих впереди мутов. Живой гарпун пронзает тело в заднем ряду и мы резко тянем его на себя, сбивая на пол часть тварей. Они не успевают подняться, как мы оказываемся рядом. Их не больше тридцати, но часть умирает, когда мы оказываемся рядом и кромсаем когтями их такие податливые тела.
Проткнуть затылок лежащей перед нами амфибии. Выдернуть когти и возвратным движением располосовать живот и грудную клетку ещё одной твари. Ментальный крик летит во все стороны. Хищники поняли, что добыча, которая рвёт членов стаи одного за другим на части, не так проста. Мы за эти циклы стали сильнее и смертоноснее. Меняем когти на клинки из предплечий, приседаем и крутимся вокруг оси. Подобно мясорубке мы легко рубим тела мутов на куски, превращаем в фарш. Кристаллические кромки и кислотные испарения на их поверхности облегчают наш кровавый труд.
Руки, ноги, головы, части туловищ, струи серой крови разлетаются от ударов во все стороны. Однако ментальный фон стаи не слабеет, а лишь усиливается. Прислушиваемся к нему. Если бы не слияние, то можно было лишь орать матом.
Эти ребята стали приманкой. Мои агрессивные эмоции сразу насторожили противника. Целей проснулся, но муты не пошли одной волной на нас. Нет, они поступили умнее.
Выпускаем ещё одну эховолну. Картинка, нарисованная живым сонаром оптимизма. Впереди коридор перекрыт и там около сотни мутов. Но и позади их не меньше, а даже больше. Часть из них точно идёт к позиции Тэй и Стрелка.
Нас переиграли, мы с Димом окружены превосходящими силами противника, которые сжимают вокруг нас кольцо окружения. Это была ловушка, которую особи улья организовали наспех. Только мы в неё попались.
Распрямляемся и наносим косой удар кулаком левой в челюсть. Рука, подбросившая голову, уходит в сторону, предплечье прокатывается по его шее. Расположенное вдоль него и частично открытое лезвие рассекает мясо, жилы, сосуды, хрящи. Голова отлетает в сторону, а мы подхватывает когтямм рукой тело и не даём упасть. Присоска гидо начинает впрыскивать в него кислоты для переваривания. Сил потрачено много, в том числе и кислоты, накопленной в под панцирных мешочках. Один раз, когда толпа нас удачно окружила, мы снова использовали не по назначению наше обеззараживание.
Клинок на правой раскрыт полностью и мы используем его чтобы отбиться от парочки наседающих мутов. Из-за усиленной резучести кромок сначала без труда отсекаем протянутые к нам лапы, потом выпускаем одной из амфибий кишки, а второй на возвратном движении снаружи внутрь наносим колющий в область сердца. Твари кричат от боли, одна пытается кровоточащими культями обхватить нам руку, но мы легко выдергиваем клинок.
