Раввин говорил и я постепенно приходил в себя. Наваждение кончилось. Смерть, я уже победил тебя, когда ты была женщиной в белом атласе. Ты меня уже не соблазнишь, даже появившись в облике Рая.
Фредди был доволен. Он понимал, что вернул покой моей душе. Даже Рай слабее силы моей воли. Я знал, кто я такой. Чистая душа и бренная плоть, пока что еще не отсоединившиеся друг от друга. Я был духом и материей, а дух должен оставаться прочнее материи. Я должен сохранить равновесие между сердцем и разумом.
Я знал, кто я такой. Я знал, кто мы такие. Не две души среди прочих, а два танатонавта, выполняющих задание. Мы не мертвецы, а живые, способные исследовать Запредельный Континент и вернуться оттуда. И мы здесь для спасения Розы.
Мы проследовали по «медовой» реке усопших. Смешались с ними. Покойники остолбенело разглядывали нас, до сих пор влачивших за собой свои пуповины. Я понятия не имел, почему мы все еще их не оборвали, но, во всяком случае, держаться они пока еще держались.
Четыре потока были очень длинными. Можно подумать, они все стояли в очереди к аэропортовым стойкам в период летних отпусков.
Изо всех сил я закричал: «Роза! Роза!» и какой-то старик, выглядевший, будто его часа три драла орава голодных кошек, встрепенулся и показал мне знаками, что она где-то впереди. «Без сомнения, Роза уже миновала стоп-контроль и сейчас уже идет на взвешивание», – сообщил он.
– Да-да, – телепатировал он мне обречено. – Кое-какие души держат за любимчиков. Их выхватывают прямо в зеленой стране и пропускают вперед, а мы тут стоим по несколько столетий. Это знаете как, тут у нас…
– Постойте, вы говорите, она на взвешивании?
– А как же. Душу взвешивают. Сейчас будут проверять, что она сделала хорошего и плохого в своей жизни, а потом решат насчет ее ближайшего перевоплощения.
– А где тут взвешивают?
– А вот идите прямо, там не ошибетесь. Все время прямо.
”Мудрец любит эту жизнь, пока она длится, и забывает ее ради следующей жизни. Пока он в ней, его “я” хранит Тот, чья душа объемлет все и вся.
Огонь для поленницы дров то же самое, что душа – для тела. Огонь переходит на следующее полено, как душа переходит в следующее тело. Огонь распространяется, не угасая. Жизнь продолжается, не кончаясь”.
Цуан-цзы
Рапорт в компетентные органы
Вы запрещали нам вмешиваться. Их не остановили и сейчас они уже здесь. Надеемся, что еще не поздно. Теперь разбираться придется Вам.
Ответ компетентных органов
Ничего, разберемся.
Хлюпая по белому туману, мы с Фредди продирались вперед среди душ, человеческих и нечеловеческих. Мы шли к долине, где вновь сливались четыре потока мертвецов. Последние же двигались и двигались к свету. Ангелы окружали их плотным кольцом.
Априори, ангелы представляют собой такие же эктоплазмы, что вы и я. У них нет пуповин, но зато их окутывает фосфоресцирующее гало, по которому бегут многоцветные блики. Они нас увидели и их гало запульсировало новыми фантастическими узорами, словно они могли выражать собственные мысли путем простого изменения своей расцветки.
Они принялись подпрыгивать вверх-вниз и вертеться вправо-влево, как поплавки, после чего потребовали объяснить, что это мы тут делаем со своими целыми пуповинами.
– Одну женщину ищем.
Один из ангелов признался, что именно он отвечает за работу бюро находок.
Я описал ему Розу. Он подтвердил, что, действительно, она прошла на взвешивание. Он показал мне вглубь, где над долиной четырех рек висела гора света, окутанная парами. Именно с ее вершины исходил тот центральный свет, что руководил нами с момента входа в Рай.
Вместе с усопшими мы стали взбираться по дорожке, ведущей к свету.
Над вершиной порхали три ангела, чьи ауры были еще более яркими, нежели у их предшественников.
– Это не такие ангелы, что все остальные, – прошептал мне Фредди, – это архангелы.
И действительно, они брызгали искрами, в то время как покойники продвигались к ним, едва волоча ноги.
Раввин указал мне на Розу, которую над нами заливал свет горы и заметали искры от архангелов. Внизу же, у основания, группировались мертвецы, готовясь пройти по вызову судебного распорядителя.
– Следующий, – объявил один из архангелов.
А следующей была как раз Роза.
– Давай, быстрей, убеждай ее вернуться с нами, – подтолкнул меня наш раввин.
Он больше не мог за мной следовать. Он держал обе наши пуповины, такие тугие, что казалось, они вот-вот лопнут. Мы и впрямь играли со своей жизнью. Я должен продолжать один, пока Фредди занимается защитой наших страховочных тросов.
Я полетел к архангелам, чуть ли не крича во весь голос:
– Подождите! Пока вы не начали судить эту женщину, я должен сказать, что мы, живые, не хотим, чтобы она предстала перед вашим судом.
