Белов судорожно бегал глазами по экранам мониторов, коими была завешана вся стена в соседнем кабинете. По мониторам прыгали цифры, значения, символы. Верт подумал, что не поймёт их смысла, даже если всю оставшуюся жизнь проведёт за соответствующими книгами и документами.
Внутри «раскрытого трансформатора» начались лиловые вспышки. Верт посмотрел на них некоторое время, но потом со скукой повернулся к мониторам. Значения цифр на мониторах постоянно менялись, но это ни о чём не говорило куратору, а доставать профессора вопросами в эту минуту совсем не хотелось.
Верт молча стоял, наблюдая за происходящим. То, что это волнительный момент, он осознавал, но не знал – куда себя деть. Интерес к происходящему таял с каждой минутой. Ничего не менялось, кроме показаний мониторов. Верту дико хотелось увидеть результат, но он отдавал себе отчёт в том, что ждать, возможно, придётся не один час.
Чтобы хоть как то скоротать это неопределённое время ожидания, куратор пару раз приложился к карманной фляжке.
Внезапно рявкнул интерком: «Копирование мозга завершено». Профессор Белов тут же подбежал к сенсорной панели у двери и, выбрав нужную команду, также ответил по интеркому: «Отлично! Копируем оболочку!»
Снова начались лиловые вспышки, вырывающиеся из глубины «трансформатора».
Верт взял стул из-за стола, поставил его так, чтобы сесть у самого стекла. Но только его пятая точка успела соприкоснуться со стулом, как тут же раздался громогласный вопль из интеркома: «Копирование оболочки завершено».
– Доставайте образец номер один! Прототип не трогать! – снова раздался противный голос профессора через те же динамики.
Скуку Верта как рукой сняло. С небывалой сосредоточенностью он смотрел на то, как из груды проводов и трубок поднимается двухметровая стеклянная колба. Её стенки запотели, а вдобавок измазались чем-то красным и жёлтым до такой степени, что невозможно стало увидеть содержимое.
Тут же подбежали ребята в «противочумных» костюмах. Они поставили стремянку и влезли на неё с такой оперативностью, какой могли бы позавидовать сотрудники спасательных служб. Эти ребята открутили защитные механизмы, и колба сама собой раскрылась.
Верт обомлел от увиденного. Внутри «хрустального гроба» лежала точная копия Артура Халахена. Не того Артура, что вчера беседовал с ним за стаканчиком кофе, но того, что прошёлся по ангару с обритой головой. Мозг никак не мог сопоставить, как было возможно скрыть ту груду проводов и железа под кожей, столь идентичной настоящей.
«Ребята в противочумных» костюмах протянули под копией Артура Халахена специально заготовленные верёвки. Над их головами уже болтались лебёдки с крючками, которых не было пять секунд назад. «Ребята» прицепили верёвки к крючкам, и лебёдки вырвали новоиспечённого киборга из его «утробы».
Спустя мгновение лебёдки унесли «образец номер один» в один из закрытых кабинетов, рядом с ангаром.
Верт уже собрался пойти в том же направлении, желая увидеть, что будут делать с этим киборгом, как вдруг снова раздался голос профессора Белова из интеркома.
– Отлично! Первая фаза выполнена, приступаем ко второй! Очистить контейнер номер два. Запустить систему для повторного сканирования. Производим полное копирование!
Верт опешил. Он подскочил с места и бросился к профессору.
– Что это значит? Разве не было уговора, что ко второму этапу вы приступите, разобрав ошибки?
Профессор безразлично посмотрел в сторону куратора.
– Не вижу никаких причин откладывать эту часть, – сухо ответил Белов. – Аппараты настроены, персонал на местах, вещества в боксах. Сейчас закончится стерилизация контейнера, и продолжим.
Верту хотелось устроить разнос профессору прямо сейчас, хотелось нажать на кнопку интеркома и сказать, чтобы все сворачивались. Но его собственное любопытство взяло верх. Куратору не терпелось посмотреть, что получится у его подопечных.
Дин Верт оставил профессора в покое и вернулся на своё зрительное место.
Контейнер вычистили оперативно – ребята явно готовились к такому повороту событий. На полу, у подножья «раскрытого трансформатора», валялись кучи тряпок, измазанных чем-то, что очень похоже на сочетание крови и блевотины. Через пару мгновений шустрые ребята убрали и их, и стремянку, и себя самих прочь. Чистый контейнер, точно так же как и в первый раз, стал плавно погружаться в кучу трубок и проводов.
– Как тебя зовут? – в кромешной тьме раздался женский голос.
– Артур Халахен, – ответил кто-то моим голосом.
– Где ты живёшь? – снова женский голос из тьмы.
– На Второй Параллельной, дом 65, – снова мой голос, и снова не я отвечал. Хотя мог быть и я, но неосознанно.
– Видишь что-нибудь?
Голоса не последовало, а в моём сознании что-то щёлкнуло, давая понять, что без моего желания ничего и не последует. Я попытался покачать головой. Это далось с трудом или вообще не далось. Во всяком случае, я ничего не почувствовал.
В следующую секунду ударил яркий свет. И настолько яркий, что мне показалось, будто он расколет мне голову на части.
