— Потому что необходимо сфотографировать заднюю подъездную дорогу. По ней никто не должен ходить или ездить. Понятно?
— Понятно, — с интересом ответил инспектор и закурил.
— Войдя в задние ворота, я встретил в саду Эсмеральду Рико — жену мистера Рико. Она здорово набралась, да к тому же повлияли еще и наркотики. Женщина уронила на траву сумочку, и, поднимая ее, я нащупал внутри автоматический пистолет. Тогда мне показалось странным, что такая женщина носит с собой оружие.
— Интересно, интересно…
Инспектор жадно ловил каждое мое слово. Он уже представлял меня в качестве главного свидетеля на процессе «Миссис Эсмеральда Рико обвиняется в убийстве своего мужа». Гейл был счастлив, ведь он получает столько доказательств, на основе которых может арестовать убийцу. А это и есть его задача.
Инспектор выбросил окурок в мусорную корзину. Я предложил ему выпить, но он отказался, предпочитая выкурить лучше еще одну сигарету.
— Я понял — необходимо ее обезвредить, так как в тот момент она представляла опасность для своего ненавистного мужа и была готова его пристрелить. Об этом Эсмеральда говорила вполне убедительно, и поскольку я успел познакомиться с мистером Рико, у меня сложилось такое же впечатление, как и у его жены. Рико нужно было прикончить уже давно.
Инспектор кивнул. Будучи выдержанным и мудрым человеком, он ни разу не остановил меня, несмотря на то, что я говорил и не по делу.
— Я положил миссис Рико на заднее сиденье своей машины после того, как она отключилась. Привез в Лондон и оставил у своего хорошего друга на ночь. На следующий день я поместил ее в клинику…
Гейл не дал мне договорить.
— Мистер О'Хара, когда вы находились в «Кроссвейз», говорили ли вы с мистером Рико?
Тут я напомнил ему о нашем соглашении: говорить буду только я.
— Послушайте… Я ведь ясно сказал, что письменный документ будет. Возможно, я напишу его в суде, но не сейчас и не здесь. Будьте хорошим парнем и держите вопросы при себе. Мне нужно сосредоточиться.
Он примирительно улыбнулся.
— Я думал, что, попав в клинику, она утихомирится. Кроме того, она мне порядком поднадоела. Никогда не был в роли сиделки у наркоманки. Прежде чем положить ее в клинику, я посетил лечащего врача — доктора Куинсли. Вы его знаете. Именно он рассказал Скотланд-Ярду обо мне, не так ли?
— Не все ли равно? Этот вопрос к делу не относится.
— Поймите, для меня это важно. Или вы отвечаете на вопрос, или я прекращаю рассказывать. Я ведь стараюсь избавить вас от уймы лишней работы.
— Хорошо… в общем, это — не Куинсли. Сейчас я впервые услышал это имя.
Выяснить, кто это сделал, не удалось. Если бы он мог ответить, то ответил бы, хотя бы для того, чтобы завоевать мое расположение. Я решил узнать кое-что еще и закурил.
— Той ночью я был в «Кроссвейз», чтобы увидеться с Рико. Причина сейчас не имеет значения, но в письменном документе она будет, хотя это совсем неважно.
— Хорошо. Продолжайте. На чем мы там остановились? Все так интересно.
— Еще бы! Приехав туда в следующий раз, я вошел в дом тем же путем — через заднюю дверь, рядом с гаражом, которая оказалась незаперта, и в гостиной обнаружил Рико, лежащим на кушетке у камина. Сначала мне показалось, что он спит, но потом я понял, что это самоубийство.
— Самоубийство?! Вы действительно так думали? — удивился инспектор.
— В тот момент — да. Всякий бы думал так же на моем месте. Существовал пистолет, следы сгоревшего пороха вокруг раны, предсмертная записка Рико. Почерк, несомненно, его. Все факты указывают на самоубийство. Встав на колени, я осмотрел тело.
— Значит, существует предсмертное письмо мистера Рико?
— Конечно. Но на листке не все, что он хотел написать. Это только первая страница. Записка кажется вполне законченной, но это не так.
Инспектор Гейл принялся что-то насвистывать. Несомненно, он был знаком с содержанием письма и теперь понимал мои слова.
— Я расценил это как самоубийство и решил поскорее смыться: не хотелось быть замешанным в деле о самоубийстве.
— Нет, — усмехнулся он, — вам действительно не хотелось вмешиваться тогда?
— Что вы имеете в виду?
— А то, что вы приехали туда не для того, чтобы справиться о здоровье мистера Рико. Скорее всего, цель приезда непосредственно касается вашего клиента. Вот почему вы не хотели вмешиваться в это дело. Вполне понятно. О'кей, Продолжайте рассказ.
Гейл не дурак. Он не задает вопросов прямо на интересующую его тему, а создает иллюзию простого разговора и ждет, когда я сам расскажу ему все.
— Я уже собирался уходить, когда кое-что вспомнил. Стоя на коленях, я чувствовал, что мои ноги быстро нагрелись из-за непосредственной близости камина. Эта кушетка стояла слишком близко к камину, тогда-то и возникла мысль о том, что кто-то специально передвинул кушетку таким образом, чтобы затруднить медицинское расследование.
Гейл кивнул:
— Да, понятно, чтобы оттянуть окоченение, но мне об этом ничего не известно. Полицейский из Беркшира не заметил ничего необычного в положении кушетки.
— И немудрено. Я передвинул ее в нормальное положение.
— Зачем вам это понадобилось? — поинтересовался он.
