Дневник теперь ношу с собой. Боюсь, что Лилия может прочесть его, пока меня не будет. То, что она гуляет по квартире, уже факт. И Балету, как мне кажется, Лилия понравилась. Утром он пытался содрать скатерть. Когда ухожу, я ее снимаю сам. Пусть лучше играет с котом, чем со мной.
Вечернее солнце нежно греет лицо. Легкий ветер треплет волосы. Маленькие дети бегают на перегонки друг с другом. Спешащий прохожий замедляет свой темп для того, чтобы насладиться островком природы на несколько минут подольше. Девушки в развратно коротких шортах щекочут нервы. Не хватает только мороженого, но до него было слишком далеко идти. Не хочется рушить идиллию.
Я обязательно вернусь к этому моменту. Перечитаю его, вспомню, почувствую. И, закрыв глаза на один крошечный миг, возьму свою электронную кисть и нарисую этот вечер в парке. И он получится лучше, ярче и светлее. С легкой загадкой в облаках, простыми лицами прохожих и такими же счастливыми детьми.
Первое, что я сделал, придя домой – прибрался. Во времена, когда кисть не поднималась, а на работе я подумывал повеситься в кабинете директора, пока тот ходит на бесконечные совещания, я смотрел мотивационные видео. Кажется, их смотрят только отчаявшиеся, еще больше загоняя себя в беспросветную тьму. Но успел поймать мысль: «Порядок в наших головах соответствует порядку, который нас окружает». А в квартире был такой хаос, что мне еще повезло, что успел завестись только один призрак.
Урок у школьников прошел отлично. Неделя отдыха зарядила их на новые подвиги. Звонила Флорет, сказал, что все хорошо. Апатия и легкий невроз прошли. Возможно, меня порадовала сегодняшняя картина Роберта. По ней я вижу, что он принял лекарство. В понедельник нужно дать ему еще одну таблетку и подбить на ежедневный курс. Когда его призрак исчезнет, запишу к себе на прием и выпишу уже его официально.
Вечером продолжил работу над статьей.
Сегодня вызывали на работу. У моей пациентки случилась истерика из-за того, что ей дали успокоительное, в списке которого фигурировали то ли прямые, то ли побочные эффекты на сердце. Конечно же, пациентка напридумывала самого страшного и обвинила врача в заговоре. Я пришел в момент, когда слабенькая бабушка внезапно нашла в себе силы и попыталась самолично уволить «вредителя Жака».
Я с ней поговорил, но пришлось выписать слабенькое успокоительное на натуральных ингредиентах. Пообещал уволить Жака и подбодрил своим скорым возвращением. К сожалению, случай зафиксировали в ее карточке. А я знал, что у бабушки есть предприимчивый внук с видами на ее жилплощадь. Жак, негодяй, отыгрался за унижение на беззащитной женщине. Вернусь после отпуска и оспорю его заключение.
Звонила Флорет. У нее все хорошо. Участвует в театральной постановке.
Очень жду понедельника.
Глупое чувство, но я рад, как обычно прошел этот день. Утро, завтрак, работа, премьера нового фильма, дома начал рисовать новую картину. Завесил зеркало, это уже становилось привычкой, спокойно почистил зубы, не боясь увидеть кого-то или что-то.
Я точно знал, что, когда уходил, открыв зеркало, из него выходила Лилия. Она ходила по квартире как его хозяйка: поливала цветы, могла прибрать кровать, несколько раз, даже, протерла пыль. Балета я больше не кормил. У него всегда была полная миска корма и свежая вода. Он даже немного потолстел. Но как попросить не перекармливать кота я не знал.
Мы поделили время в квартире на две несвойственные нам части. День стал принадлежать Лилли, ночь мне. Призрак – создание кошмаров, ночи и темноты бродила под солнечными лучами. А человек – дневное создание и любитель солнца – понял, что для него важнее хороший сон. Что он не готов его отдавать кому бы то ни было.
После установления перемирия я начал искать способ связаться. Входить в состояние сонного паралича слишком опасно. Записки она игнорировала, а привлекать внимание, написав сообщение на зеркале, я не рискну. Но я должен ей сообщить: «Не перекармливай Балета. У меня будут проблемы».
Завтра я оставлю дневник на столе.
«Лилия! Я знаю, ты читаешь дневник. Меня родители не простят, если котейка разжиреет. Клади поменьше корма и больше не читай чужие дневники!»
Я уже трижды повторил это перед открытым зеркалом, но долго не стал держать его в таком состоянии.
Распаковал последний рулон скотча.
Утомился сегодня. Школьники были сильно перевозбуждены грозой, и я отпустил их пораньше. Не стоит злоупотреблять их вниманием и любознательностью. Нужно еще раз поблагодарить Роберта за то, что подсказал, как можно выстроить обучение.
