– Я приехал сюда не для того, чтобы следить за общественным порядком или преследовать бунтовщиков. И не для того, чтобы помогать Толстому Альфу патрулировать улицы. Мои трупы сейчас маршируют по улицам только для того, чтобы отвлечь посторонних от истинной причины моего присутствия.
– Ты можешь управлять несколькими сотнями живых мертвецов даже сейчас? – спросил я с искренним восхищением в голосе. – Ты настолько обдолбан, что не знаешь, где верх, а где низ, и все еще можешь отдавать приказы сотням трупов? Я не знал, что некроманты могут…
– Потому что они не могут. А я могу.
– Я впечатлен. Если ты здесь не для того, чтобы пугать детей и употреблять наркотики, то чем мы обязаны этой чести?
– Какой ты красноречивый сукин сын, – ответил Рег с нежностью в голосе. – Почему? А потому что, блядь, Круг.
– Круг?
– Круг.
Я ожидал, что он скажет что-то еще, но вместо этого он вдруг начал мурлыкать какую-то мелодию.
– И что у тебя общего с Кругом? – спросил я, когда он перестал напевать.
– Ничего такого. Я просто хочу укокошить этих ублюдков.
– Славная цель. И все же что такое Круг?
– Правильный вопрос, – пробормотал Рег. – Я ни хрена не знаю. Но я слышал, они что-то замышляют с древней анимистической магией. Это опасная игра, Ис. Ты знаешь, почему память о языческих чарах была стерта? Потому что все, кто играл с этим огнем, сгорели заживо. Ха! Мне эта метафора удалась, да?
У противоположной стены мелькнула какая-то маленькая тварь, кажется крыса. Я едва обратил на нее внимание, но Рег вскочил с кровати и встал обнаженный посреди комнаты, напряженно вглядываясь в угол, где исчез грызун. Внезапно оттуда вылетел какой-то меховой шар, за ним неслись три похожих силуэта. Они настигли свою жертву прямо у ног некроманта и вонзили в нее зубы. Только теперь я понял: первая крыса была жива, а три другие уже начали разлагаться. Рег наблюдал за схваткой, а потом вдруг ударил себя ладонью по лицу.
– Мне нужно немного взбодриться, иначе я сейчас засну, – простонал он. – Сон имеет слишком много общего со смертью, он утратил для меня всякую прелесть. – Некромант подошел к столу, засыпанному белым порошком, и наклонился над столешницей.
Я перевел взгляд на грызунов. Эти трое, мертвые уже давно, разыгрывали какую-то гротескную пародию на траурную процессию, буксируя четвертую крысу. Та вдруг вздрогнула и поднялась. Рег громко шмыгнул носом и выругался, а тем временем четверка грызунов встала на задние лапы и начала радостно танцевать.
– Потому что он проявляет большее любопытство к альтернативам, – заявил некромант.
– Кто? – я с трудом оторвал взгляд от грациозных крыс.
– Не кто. Круг. В прошлом Каэлларха есть нечто темное и противное. И оно гораздо интереснее, чем стройка мостов или работа в шахтах. Некромантов превратили в надзирателей бесплатной рабочей силы…
Крысы выстроились в шеренгу и встали по стойке смирно, а затем подняли лапки, по-видимому, отдавая честь. Рег за все это время даже не взглянул на них. И если прежде его движения были медленными и вялыми, то теперь он, казалось, вскипал от избытка энергии. Он принялся ходить по комнате туда-сюда, делая большие шаги, а пальцы его правой руки поочередно то сжимались, то разжимались. В какой-то момент он остановился, несколько раз подпрыгнул на месте, разразился смехом и снова продолжил свое хождение.
– Впрочем, чему тут удивляться! Некроманты же ничего не понимают. Они жонглеры трупов. Ремесленники смерти. У них за душой нет никаких тайных знаний, глубокого понимания природы жизни и эсхатологии. Только практические навыки манипулирования разлагающимися телами.
Он резко остановился у стены и попытался встать на руки, но потерял равновесие и перевернулся. Крысы тоже дрогнули, и одна из них опустилась на передние лапы, но через мгновение они снова образовали шеренгу и начали маршировать по кругу, пока их повелитель поднимался с пола.
– Это должна быть подобная сила, но в иной форме! – воскликнул он, подбегая ко мне и хватая за плечи. – Примитивная, инстинктивная, но такая же. Они трактаты не пишут и школы не открывают, но… – Некромант отшатнулся и снова принялся нервно расхаживать по комнате, ритмично стуча кулаком о стену. – Я не удивлен, что нас выгоняют из Ворейна. За нами тянется смрад вечной жизни. Иногда я сам чувствую его в складках своего плаща.
Я прислонился спиной к двери, гадая, заметит ли он, если я уйду.
– Мне было десять лет, когда я впервые использовал свою силу. Этого не должно было случиться. Не бывает некромантов по воле случая. Чтобы им стать, нужно много лет изучать эту дисциплину. Но у меня был талант, меня называли «избранным». Передо мной ставили все новые и новые вызовы, которые я преодолевал без всяких усилий, и тогда мне говорили что-то о сбывшихся пророчествах и живых легендах.
– Как это случилось? – спросил я. – Когда первый раз…
Рег пошатнулся и прислонился к стене.
