Фриду-чайку кинуло вниз, к Нижнему городу, к одному из серых тусклых зданий, сверху похожему на крест. Прямо перед глазами мелькнула покрытая копотью стена – и Фрида вынырнула из видения.
– Пи-и-ит, езжайте в Нижний! – задыхаясь, закричала она, высунувшись из окна. – Живо!
***
Эша накрыло зовом, точно он был там, на морском берегу, вдыхал бриз и слышал песню сирены: «Здесь, здесь…» И так же резко море сменилось лесом, заговоренной поляной, где Эш бродил который уже сон и всё никак не мог выбраться.
– Господин?
Голос Ричарда разбил наваждение. Эш вскочил было, ударился затылком о потолок кареты и зарычал от отчаяния.
– Господин, – удивлённо повторил Дикон.
– Обратно! – приказал Эш, высовываясь в окно. – Поворачивай обратно! В министерство! К полиции!
– Господин, но портной?.. – выдохнул Дикон и отпрянул, когда Эш, усевшись, уставился на него шальными, ярко-зелёными от близкой магии глазами.
– Мне нужен этот мальчишка, – прошипел Эш. – Мне нужен этот проклятый мальчишка! Он колдует у меня под носом! Найду – шкуру спущу!
***
Дом Фрида узнала сразу, от него так и веяло магией – странно, как Серый до него не добрался? Может, потому что это Нижний? Но ведь как раз здесь он и забирает большинство полукровок, Фрида это отлично знала – да все знали! Колдуны и ведьмы рождаются у бедняков, а бедняки в столице живут в Нижнем городе. Тогда как Серый пропустил этот дом?
Кучер помог Фриде выйти из кареты и тревожно спросил:
– Госпожа, вы уверены, что вас не нужно проводить?
Вопрос: «Что вы вообще здесь забыли?» он, конечно, не задал. Никто из прислуги Фриды, кроме разве что камеристки, не лез в дела хозяйки. Фрида сама таких выбирала.
– Да, – после видения Фриду пошатывало, но она смогла отпустить руку кучера и даже кое-как удержаться прямо. В такие моменты корсет очень помогал: хочешь-не хочешь, а не согнёшься. – Ждите здесь, Пит.
– Да, мэм, – с сомнением отозвался кучер, но спорить не стал.
Дом Фрида узнала, но не сразу поняла, куда именно попала. Ворота были закрыты, а у калитки стоял стражник. Щурясь, Фрида различила только чёрную форму. Потом голова закружилась – Фрида схватилась рукой за стену и тут же пожалела, что забыла в карете зонтик. На него было бы сейчас очень удобно опираться.
– Мэм? Что вы здесь делаете, мэм?
Фрида встретилась взглядом со стражником: точно, это он держит её сейчас за руку, а его товарищ протягивает стакан воды.
Фрида стакан взяла, глотнула – вода оказалась неожиданно ледяная и очень горькая, с запахом спирта. Наверное, этот стакан плохо мыли после прошлого использования…
– Мэм? Вы потеряли дорогу?
– Благодарю. – Однако после воды Фриде неожиданно стало легче. – Нет, я не заблудилась. Проводите меня, пожалуйста, внутрь.
– Мэм, но?..
– Маркиза Вустермор, – представилась Фрида и отняла руку. – Проводите меня, пожалуйста, внутрь.
Титул всегда потрясающе действовал на обывателей, особенно в Нижнем городе.
– Да, леди, – тут же с куда большим почтением произнесли стражники хором, и один из них добавил: – Следуйте за мной.
Фрида последовала, стараясь не оглядываться по сторонам и мысленно костеря себя: «Что ты творишь?!» Что ж, теперь матушка, когда приедет по письму Мэри, ещё и напомнит дочери посещение Нижнего города, где леди ну совсем не место…
Внутри было уныло – уж каким унылым показался Фриде двор, но там хоть росла трава, и она была зелёной. А здесь… Серые стены, потрескавшийся потолок, жуткая, немыслимая чистота, мутные, некачественные стёкла… Чуть-чуть получше было только в кабинете у (как поняла Фрида, заметив мельком табличку) смотрителя этого… работного…
– Это работного дом? – ахнула Фрида, оглядываясь.
Проводивший её стражник и лысоватый господин с пенсне в чёрном, видавшем виды, но опрятном костюме посмотрели на неё с недоумением.
– Да, миледи, – произнёс осторожно господин. Наверное, тот самый смотритель. – Могу я поинтересоваться, зачем вы здесь?
«Зачем я тут?» – мысленно закричала Фрида.
А вслух, улыбнувшись, произнесла:
– Я ищу горничную, камеристку, мистер…
– Гэнс. Меня зовут мистер Гэнс. – Смотритель сдержанно поклонился. – Леди Вустермор, я прошу прощения, но искать горничную здесь…
