— Лучшая песня — неспетая… — серебром рассыпался меч.
Странник вытер клинок об рукав и, свернув, опоясался. Протерев запорошенные серым прахом глаза он окинул взглядом местность и замер — на горизонте ясно пламенели развалины храма. Сердце бешено заколотилось. Проваливаясь в сыпучий грунт, он побрёл к ним, даже не заметив радужной стены. Просто шёл и всё. Позади упала чёрная тень и, взвыв дурным голосом, вспыхнула. Странник настороженно обернулся — никого, во все стороны простирается ржавая равнина, гладкая как стол. И тогда он зашагал ещё быстрее.
Они спустились в подвал, и Хомяк показал на облупленную дверь.
— Здесь?
Хомяк кивнул и поправил засунутый за пояс прут.
Дверь, немилосердно скрипя, всё же подалась.
— Есть кто?
— А кто вам нужен? Игоря и Юры нет, куда-то ушли. Им что-то передать? — с разостланного в углу матраца, близоруко щурясь, поднялась растрёпанная фигура.
Хомяк, предвкушая забавный спектакль, хихикнул.
— Мы их подождём.
— Извольте.
Хомяк горячо зашептал в ухо.
— Думаешь? А, точно! Слушай, дед. Как ты считаешь — вам нужны проблемы?
— Вы, знаете ли, нет, не нужны, — бомж достал из кармана пенсне и водрузил на нос.
— Мы с другом тоже так считаем. Да и лениво разборку делать. Покажь, где «Антарес» и разбежались.
— Вообще то на небе…
— Подкалываешь?
— Э-э, не понял?
Бес медленно выпустил бомжу в лицо дым. Хомяк заржал.
— Говори, старый мудак, куда велик дели?
— Простите, молодой человек, но если вы и дальше будете себя вести так, э, — нагло, мне придётся прибегнуть к крайне неприятным мерам. Для вас.
— Упрись, папаша. Я сегодня добрый… А вот стёклышки мне твои по кайфу, дай померить!
Бес протянул руку и неожиданно почувствовал, как запястье стиснули стальные пальцы.
— Ты, пидор гнойный, ты чо припух? А ну — убрал свои корявки, ты, чо, не понял, козёл?!
— Я вас предупреждал, молодой человек.
Дедушка сноровисто заломил Бесу руку, тот вскрикнул от злости и боли.
— Вам не помешало бы почитать книгу по этикету, молодой человек, — назидательно подняв палец, проговорил бомж. — Ваше…
Краем глаза Бес увидел тень мелькнувшую за спиной старика. Раздался тихий свист. Пальцы разжались. Бес добавил противнику локтём в грудь и тот мешком рухнул на пол. Прут опустился второй раз.
Хомяк, довольно ухмыляясь, повернулся.
— Придурок ебаный!!!
— А чо?
— Ты ему башку пробил. Смотри, не дышит. Много старой плесени надо!
— Бес, а чо теперь?! — глаза Хомяка округлились.
— Что, блядь, не знаешь? Дорога дальняя, казённый дом, падла. Как сухари сушить знаешь?
— Не-е-ет-т. — ляская зубами пробормотал Хомяк, — Я думал — он тебя завалит, вот и долбанул.
— Сука рваная, из-за какого-то вонючего бомжа! — носок впечатался в рёбра, — Пидор! Решил в Брюса Ли поиграть!
— Бес, рвать надо — вдруг кто придёт? Корешки там…
— Корешки, говоришь? Слушай, Хомя, твои мозги иногда всё-таки работают. Так, цапай за костыли и волоки на шконку. Ништяк!
— Тяжёлый, блядь.
— Тут у них где-то спирт был, заебись — то, что надо: "Amerikan tradihson" кукурузный, ни хуя не останется! Плесни дедушке в пасть. Лей, не жалей. Остатки на ветошь.
Бес щёлкнул зажигалкой и поднёс голубоватый язычок к куче тряпья.
— А теперь рвём.
Подростки затворили двери и не спеша двинулись по подвалу к противоположному выходу. Обогнув дом, Хомяк увидел отсветы — пламя пыталось выбраться из каморки, жадно лизало закопчённую решётку. Внутри что-то шипело и потрескивало.
— Ну, чо вылупился, уходим. Как законопослушные граждане вызовем пожарных. Пока доедут — ни хуя не останется. Секи!
Стекло лопнуло. Светящийся клуб взмыл в начинающее золотеть небо. На мгновение показалось пламенеющее лицо молодого мужчины, со скорбно опущенными уголками рта, с невыразимой печалью в глазах. Клуб растаял, а из каморки потянуло противным сладковатым дымом.
— Бомжатник горит!
— Не хрен им там делать. Пьют, жрут, там и срут. Наверно, забыли примус потушить.
— Слышал? — Бес толкнул Хомяка в бок, — Ой, чо счас будет!
Шарахнуло так, что всем стало ясно — доблестные пожарные обязательно услышат. И точно — вдали послышалось завывание сирены.
— Охуел? — зашипел Бес — Не стремайся. Смотрим кино. И уходим. Вместе со всеми.
— Не спалимся?
— Посмотри на огонь — пока потушат хуй что останется.
Они уходили, а вслед им плыл звон невидимых колоколов.
Забегая вперёд, сообщу — Бес оказался прав: В ежедневнике "СМ — Всегда" в разделе «Происшествия» появилась заметка о сгоревшей бомжовской хавире и человеческих жертвах в количестве одной персоны. А.Б., бомжа со стажем. Состава преступления не обнаружено. Ничем не примечательная смерть ничем не примечательного человека.
Внезапно я увидел знакомый силуэт.
— Ребята — хорошая новость — мы на верном пути. Эй, Странник!
Силуэт замер, потом медленно обернулся и, коснувшись горла, переступил с ноги на ногу.
— Надеюсь, уши у тебя не болят… — сказал я.
— Мы, того, опять заблудились, — сказал Вася.
Странник, как мне показалось, с тенью досады обвёл нас взглядом.
Я виновато развёл руками.
