– Слушай, а может уже харэ! Сколько можно горевать? Мой тебе совет: забудь или хотя бы попытайся.
Сергей хмыкнул, хлопая друга, по плечу.
– Хорошая рубашка, мне нравится, особенно цвет, – зачем-то проговорил он.
– Персиковый.
– Персиковый, – повторил молодой человек. – Да, только не идет она тебе, понимаешь. Вот, вроде, приятный цвет, хороший покрой, но эта рубаха не в твоем стиле. И с людьми так же, понимаешь, вроде все в человеке прекрасно: манеры, поведение и воспитание отличное, но этот человек тебе не подходит. Он с другим цветом мыслей, с иным составом души и со своей мотивацией в поступках.
Взгляд Дэна долго скользил по темной глади озера, пока мозг пытался найти противоречивое мнение на этот счет. Но осмыслив слова друга, он осознал правильность его рассуждения и виновато произнес:
– Прости, наверное, я слишком эгоистичен.
Губы Сергея растянулись в доброй понимающей улыбке и хотели что-то произнести, но разговор внезапно прервал обеспокоенный голос матери:
– Вот ты где! А мы тебя обыскались. Там объявили танец жениха и невесты, а тебя нет. Александрина уже забеспокоилась. Пойдем быстрее, – ее рука указала в сторону шатра.
Вернувшись, Сергей увидел недовольную одиноко стоящую жену.
Приметив мужа, она грозно сверкнула взглядом и резко сменила выражение лица, увидев приближающегося к ней фотографа.
– А теперь долгожданный танец молодоженов, – торжественно объявил ведущий.
Праздничный шатер притих, приглушив яркий свет огней в ожидании чего-то грандиозного и особенного. Сергей приобнял Александрину, которая все так же улыбалась неугомонному фотографу со смешной бабочкой на шее. Заиграла приятная медленная музыка, и они закружились в свадебном романтическом танце. Гости зажгли бенгальские огни. По танцполу пустили дым.
Сергей вгляделся в лицо жены, стараясь понять, сможет ли полюбить ее, пусть не всей душой, но хотя бы ее малой частью. Александрина, как маленькая девочка восхищалась происходящим вокруг.
«Хотя, может и не стоит», – в конечном итоге решил он.
В кульминационный момент песни сверху посыпалось конфетти, которое легко и быстро падало вниз, мягко приземляясь на устланный красный ковер. Танец подошел к концу – присутствующие зааплодировали.
Сергей подошел к столу и присел на свое место. К нему подсел радостный отец.
– Горжусь тобой, сын, – его рука по-мужски похлопала сына по плечу.
– Я рад, – выдохнул тот.
– Ну, что такое? Не вижу счастья в твоих глазах.
– Это, наверно, потому что его действительно там нет.
Отец изменил довольную улыбку на печаль в своих глазах.
– Кажется, я понимаю, в чем дело. Ты все еще любишь свою Джульетту, – он прищурил глаза. – Но шаг вперед сделан, и он правильнее, чем ты думаешь. Скоро ты убедишься в этом и забудешь бывшую пассию. Теперь ты женат, и твоя прошлая жизнь осталась позади: ее не вернуть, – отец встала из-за стола. – Ну, же, улыбнись, сегодня ты счастливчик. Наслаждайся этим.
– Ага, – Сергей выдавил жалкое подобие улыбки.
– Вот, молодец! – бросил отец и пошел к танцующей кучке гостей.
Настал долгожданный конец торжества. Сергей устало надел смокинг и направился к автомобилю, где, томясь в ожидании, сидел сонный водитель.
– В отель? – спросил он.
– Да, только жену дождемся.
Через некоторое время в салон залетела Александрина.
– Я готова, поехали! – скомандовала она.
Водитель тут же завел мотор, и машина покатилась по дороге в сторону отеля, где их ждала брачная ночь.
Сергей закрыл за собой дверь, зайдя следом за женой в тускло освещенный номер, украшенный цветами в корзинках. Вид сонного ночного города прикрывали длинные шторы, которые гармонично сочетались с шелковым красным покрывалом на брачном ложе. Там их ждал поднос с бутылкой белого вина и двумя бокалами, от поверхности которых отражалось тусклое скромное пламя, исходящее от ароматических свеч. Пахло сладким апельсином и ароматной корицей.
– Я в ванную, – бросила Александрина и скрылась за дверью.
Сергей присел на стул и скинул тесные ботинки с усталых ног. Снял пиджак и бросил его на маленький диванчик. Подойдя к окну, он отодвинул шторку и взглянул на свет одиноких фонарей, любуясь красотой и безмятежностью пустынных улиц. После чего улегся на кровать, подложив руки под затылок. Теперь он женат, а это значит, что холостяцкому образу жизни настал конец. И что теперь? Молодой человек только сейчас понял, что слишком поспешно решился на эту свадьбу. Что он совсем не знает свою жену, ему ничего не известно о ее пристрастиях и увлечениях, да, если честно, то даже совсем не интересны.
– М-да, – выдохнул он.
Может, все не так уж плохо: она окажется хорошей женой и великолепной домохозяйкой. А он постарается быть прекрасным мужем. Наверное.
– А вот и я, мой птенчик, – внезапное появление Александрины в дверях перебило внутренний голос Сергея.
