– Да по хуй мне! – не щадя, бьет он меня словами, пока тащит к припаркованной неподалеку машине. Желание высвободиться из стальных оков перевешивает боль, и я начинаю активно сопротивляться, мотая ногами и пытаясь зацепиться руками за любую часть его тела, лишь бы навредить ему, заставить невыносимо страдать.
– Я никуда с тобой не поеду! Не хочу видеть, не хочу знать тебя! Будь проклят тот день, когда мы столкнулись!.. – задыхаясь, шиплю с надрывом. – Ты больной! – Сама не понимаю, зачем произношу это все, еще большее раздражая Артема.
– Рот завали! Не в том положении, чтоб пиздеть! Щас приедем, и я с тобой продолжу! – многообещающе предостерегает тоном, не предвещающим ничего хорошего.
Что значит – продолжит?! Мерзавец ставит меня на землю, чтобы открыть дверь, а затем бесцеремонно швыряет на заднее сиденье машины. Хватаю открытым ртом воздух, трогая болящий от тисков живот.
Страшные картины расправы рисуются в голове, пока Князев обходит BMW и садится за руль. Он собрался изнасиловать меня? Снова принудить к сексу?! Дергаю ручку двери, инстинктивно желая сбежать, но она, зараза, не поддается.
– Только попробуй, – угрожающе произносит бандит, и машина с ревом срывается с места.
За все время в дороге, что BMW несется по центру, обгоняя и подрезая других водителей, он даже ни разу не взглянул на меня в зеркало заднего вида. Не то чтобы я нуждалась в этом, просто впервые Артем игнорирует меня, не испепеляя своими устрашающими глазищами.
Забившись, как побитый котенок, в угол, свернувшись калачиком, поджав под себя ноги, я исподлобья наблюдаю за ведущим спорткар Князевым: желваки ходят ходуном, взгляд сосредоточен на дороге, абсолютно пренебрегая моим присутствием. То, как он умело выкручивает руль одной ладонью, завораживает, заставляя, как умалишенную, наблюдать за этими залипательными действиями и задумываться, как уличный гонщик смог стать настолько влиятельным мафиози с собственным кланом, что управляет большей частью огромного города?
Кто дал власть в руки этого неуравновешенного? Какое вообще он имеет право вести себя настолько отвратительно?! Снова избил Сэма, чуть не изнасиловал меня на полу в коридоре квартиры! Уму непостижимо! Внутри кипит дикая ярость и ненависть к Князеву, так что физически жжет в груди. Никогда и никого я еще так сильно не ненавидела, как фиктивного мужа! Если бы могла, выцарапала бы глаза, как дикая кошка. Самое обидное в этой ситуации, что я снова беззащитна и не могу дать ему отпор.
Когда машина заезжает на подземный паркинг, господин выходит, вытаскивает меня и, естественно, силой тащит к лифту. Ноги то и дело подгибаются, отказываясь слушаться, при мысли, что сейчас Артем, как и обещал, завершит начатое.
Страх подтверждается, и самый страшный кошмар, который может быть, приходит в реальность, когда буквально с порога мафиози отдает команду:
– Через десять минут, когда я войду в спальню, чтобы была готова.
– Как понять – г-готова? – Несколько раз моргнув, поднимаю голову, переспрашивая. Подсознательно прекрасно понимаю, что он имеет в виду, но разум упорно игнорирует тихий голос, разжевывающий послание мужа.
– Готовая. Голая. Возбужденная. – Он окидывает меня таким взглядом, словно я уже предстала перед ним обнаженной. Покрепче сжимаю в кулаке разорванную футболку, представляя, что это шея Князева. Тело охватывает мгновенный жар. Проглотив волну ненависти, отвращения и злости, отворачиваюсь, тяжело дыша. – А если не исполнишь приказ, отзову солдат, охраняющих твою белобрысую подружаню. Какие будут последствия, сечешь?
Он не шутит! Клянусь, не шутит!
Артем сделает это и глазом не моргнет. Человеческие жизни для него ничего не значат. Одной девушкой больше, одной меньше… Борясь с бешено колотящимся сердцем, киваю в знак согласия и, проглотив ком в горле, на негнущихся ногах ухожу в спальню приводить себя в порядок и ждать дьявола в постели. Подчинюсь, стерплю, сделаю все, как он сказал, ради подруги: я не могу рисковать ее безопасностью!
Наплевав на возможную злость хозяина положения, громко хлопнув дверью, влетаю в спальню, сбрасывая разорванную верхнюю часть, снимаю шорты, агрессивно кидаю одежду в угол спальни и иду в ванную комнату. Теплые струи воды не расслабляют тело, а, наоборот, заставляют трястись в ознобе под тропическим душем, борясь с подступающими слезами и истерикой.
Какого черта, Бетти, ты позвала Сэма?! Если бы не он, этого бы не произошло! Хочется кричать, рушить и ломать все вокруг от несправедливости. Я только отвадила Князева, очертила границы дозволенного, он даже спал в другой спальне отдельно, а что теперь?.. Я снова вынуждена стать его подстилкой…
«Готовая. Голая. Возбужденная».
Ха! А больше тебе ничего не нужно? Возбуждение от меня ты увидишь теперь только во сне. Несмотря на отвращение, исполняю приказ, лишь бы невинная подруга не пострадала… Я подчинюсь, отдамся, буду податливой, безэмоциональной куклой, но большего от меня он может не ждать.
