Среди собравшихся прошел ропот. Сейчас и Сыны Ветра, и Дикие Коты выступали на стороне Юнкая, но в прошлом году на Спорных Землях они сражались друг против друга. Красная Борода, свирепый кровожадный гигант, не скрывал своего презрения к «старикашкам в лохмотьях».
– Прошу прощения, – откашлялся Дик-Соломинка, – но мы тут все из Семи Королевств. Милорд никогда не делил своих солдат по языку или крови, за что ж теперь нам такая честь?
– Хороший вопрос. Вы поедете в холмы, на восток, потом обогнете Юнкай и двинетесь к Миэрину. Если увидите астапорцев, гоните их на север или приканчивайте, но на самом деле задача у вас другая. За Желтым Городом вам вполне могут встретиться дозоры королевы драконов – Вороны-Буревестники или Младшие Сыновья, все равно. Вы должны перейти на их сторону.
– На их сторону? – повторил рыцарь из бастардов, сир Орсон Стоун. – То есть предать вас?
– Именно так, – сказал командир.
Квентин Мартелл едва удержался от смеха. Боги, не иначе, сошли с ума.
Вестероссцы переминались с ноги на ногу и заглядывали в винные чаши, словно надеялись найти ответ там.
– Думаете, королева Дейенерис нас примет? – нахмурился Хью Хангерфорд.
– Думаю, да.
– Но что мы должны делать, если это произойдет? Кто мы – шпионы, убийцы или послы? Вы хотите перейти к ней вместе со всем отрядом?
– Это решать принцу, Хангерфорд! – рявкнул Кагго. – А твое дело приказ выполнять.
– Так точно. – Хангерфорд вскинул вверх двухпалую руку.
– Будем откровенны, – сказал воин-бард Дензо Дхан. – Юнкай доверия не внушает. Сыны Ветра должны получить свою долю при любом исходе войны, и принц мудро прокладывает для нас разные тропы.
– Командовать будет Мерис, – добавил Принц-Оборванец. – Мое мнение ей известно, и к женщине Дейенерис Таргариен может отнестись благосклоннее, чем к мужчине.
Квентин вздрогнул, встретившись с мертвым взглядом Мерис, – подчиняться ей ему ничуть не хотелось.
Дик-Соломинка тоже не избавился от сомнений.
– Дура будет девчонка, если поверит нам. Даже и с Мерис. С ней особенно: я Мерис не верю, хоть и спал с ней сколько-то раз. – Он ухмыльнулся, но никто не засмеялся ему в ответ. Крошка Мерис, разумеется, тоже.
– Я думаю по-другому, Дик, – сказал Принц-Оборванец. – Все вы вестероссцы, ее земляки. Говорите на одном языке и поклоняетесь тем же богам. Что до ваших мотивов, то вы все на меня обижены. Покажешь ей спину, Дик, благо тебя в этом отряде секли чаще всех. Хью лишился трех пальцев, Мерис насиловали годами – не наши ребята, правда, но об этом можно и умолчать. Ты, Уилл Лесной, просто мерзавец, на все готовый. Сир Орсон не простил мне посланного в Горести брата, сир Люсифер до сих пор зол за рабыню, которую отнял у него Кагго.
– Мог бы и вернуть, как попользовался, – пожаловался Люсифер Лонг. – Зачем было ее убивать?
– Уродина была, потому и убил, – сказал Кагго.
– Ты, Вебер, хочешь вернуть себе вестеросские земли, – продолжал командир, как будто его и не прерывали. – У тебя, Ланстер, я убил любимого мальчика. Три дорнийца после Астапора получили гораздо меньше, чем им обещали в Волантисе, поскольку я львиную долю забрал себе.
– Последнее – чистая правда, – сказал сир Орсон.
– В хорошей лжи всегда есть зернышко правды. Короче, у каждого из вас имеется причина сбежать, а Дейенерис Таргариен знает, что такое наемники. Младшие Сыновья и Вороны-Буревестники взяли юнкайское золото, но не задумались перейти к ней, когда удача склонилась на ее сторону.
– Когда отправляемся? – спросил Льюис Ланстер.
– Тотчас же, без промедления. Остерегайтесь Котов и Длинных Копий, которые могут вам встретиться. О том, что ваше бегство всего лишь хитрость, известно только в этом шатре. Если слишком поторопитесь, вас изувечат как дезертиров или выпустят вам кишки как предателям.
Дорнийцы вышли из шатра молча. Среди двадцати человек, говорящих на общем, шептаться стало опасно.
– Что, Лягуха, – гаркнул здоровяк, огрев Квентина по спине, – поохотимся на драконов?
Аша Грейджой сидела в чертоге Галбарта Гловера и пила вино Галбарта Гловера, когда мейстер Галбарта Гловера принес ей письмо.
– Миледи, – произнес он с тревогой, как всегда при обращении к ней, – из Барроутона прислали птицу. – Туго скатанный, запечатанный твердым розовым воском пергамент мейстер сунул ей так, словно не чаял сделать это скорее.
Барроутон. Аша попыталась вспомнить, кто тамошний лорд. Какой-то северянин, не друг ей. И эта печать… Болтоны из Дредфорта выезжают на бой с розовыми знаменами, испещренными каплями крови, – стало быть, и розовым воском вполне могут пользоваться. Сжечь бы письмо сразу, внутри все равно ничего хорошего нет. Подумав так, Аша все же вскрыла печать, и ее мрачное настроение стало еще мрачнее. Черные крылья, черные вести. Добрых известий вороны никогда не приносят. Последнее письмо в Темнолесье присылал Станнис Баратеон, требуя присяги на верность, а это еще хуже прежнего.
– Северяне взяли Ров Кейлин.
– Бастард Болтонский? – спросил сидящий с ней рядом Кварл.
