– Дело не только в деньгах, ваше величество. Я это после первого боя понял. Обшаривал мертвецов и наткнулся на одного, которому руку по плечо отсекли топором. Весь в крови, и мухи его облепили, но колет на нем хороший, из доброй кожи с заклепками. Согнал я мух, снял его, смотрю – больно тяжелый. В подкладке золотишко было зашито, целое состояние – можно жить до конца дней, как лорд. А мертвецу-то что пользы? Валяется со своим сокровищем в грязи и кровище, и руку ему отрубили. Понимаете, в чем урок? Когда подыхаешь, золото с серебром становятся дешевле дерьма, которое из тебя напоследок лезет. Я вам уж говорил как-то: есть храбрые наемники и есть старые, но чтоб и старый и храбрый – нету таких. Мои ребята подыхать не хотят, и когда я сказал им, что драконов вы на Юнкай не пошлете, то…
«Вы сочли меня побежденной, – добавила мысленно Дени, – и мне нечего вам возразить».
– Понимаю… но ты сказал, что того золота тебе хватило бы до конца дней. Что ты с ним сделал?
– Я тогда молодой был, дурак, – засмеялся Бен. – Рассказал одному, другу вроде бы, тот – сержанту, ну соратнички из меня все и вытрясли. Нечего, сказал мне сержант, только растратишь все попусту на шлюх и прочую дрянь. Колет мне, правда, оставил. Наемникам верить нельзя, миледи, – завершил Бен и плюнул.
– Это я усвоила. Когда-нибудь еще спасибо тебе скажу за мудрый урок.
– Нет уж, не стоит благодарности. – Бен откланялся и ушел прочь.
Дени посмотрела на город. Между его стенами и морем стояли ровные ряды желтых юнкайских палаток. Рабы обвели их оборонительным рвом. Два железных легиона Нового Гиса, обученные и вооруженные на манер Безупречных, разместились на севере, за рекой, еще два – на востоке, перекрыв дорогу к Хизайскому перевалу. На юге мерцали костры вольных отрядов. Невольничий рынок, эта безобразная опухоль, торчал у самого моря; в темноте Дени не могла его видеть, но знала, что он там, и от этого ее гнев только усиливался.
– Сир Барристан, – позвала она, и белый рыцарь тотчас вышел из мрака. – Слышали?
– Кое-что. Наемникам нельзя верить, это он верно сказал.
«Королевам тоже».
– Есть ли среди Младших Сыновей человек, способный… низложить Бурого Бена?
– Как Даарио Нахарис низложил других капитанов Ворон-Буревестников? – смутился рыцарь. – Не знаю, ваше величество… может быть.
«Ты слишком честен для этого, старый воин».
– У юнкайцев есть еще три вольных отряда.
– Сброд, ваше величество, головорезы. И капитаны у них такие же предатели, как Бен Пламм.
– Я молода и мало что смыслю в таких вещах, но нам, думаю, такие и требуются. В свое время, как вы помните, я переманила к нам и Младших Сыновей, и Ворон-Буревестников.
– Если ваше величество желает перемолвиться с Гило Реганом или Принцем-Оборванцем, я провожу их в ваши покои.
– Не время – слишком много глаз и ушей. Даже если вы уведете их, не привлекая внимания, юнкайцы заметят, что их чересчур долго нет. Надо придумать другой способ… Не сегодня вечером, но вскоре.
– Да, ваше величество. Боюсь только, что плохо подхожу для такого дела. В Королевской Гавани этим занимались лорд Мизинец или Паук. Мы, старые рыцари, люди простые, только биться горазды. – Сир Барристан похлопал по рукояти меча.
– Пленные, – вспомнила Дени. – Вестероссцы, перебежавшие из Сынов Ветра вместе с тремя дорнийцами. Что, если их использовать?
– Не знаю, разумно ли это. Их заслали сюда как шпионов – они предадут ваше величество при первом удобном случае.
– Как шпионы они провалились: я не верила им с самого начала и не верю сейчас. – Дени, по правде сказать, уже разучилась доверять кому бы то ни было. – Среди них есть женщина, Мерис. Отправьте ее назад в знак моей… доброй воли. Если их капитан умный человек, он поймет.
– Женщина как раз хуже всех.
– Вот и хорошо. Не мешает также прощупать Длинные Копья и Диких Котов.
– Красная Борода, – нахмурился сир Барристан. – Не надо бы, ваше величество. Войну Девятигрошовых Королей вы, конечно, помнить не можете, но Красная Борода из того же теста. Чести в нем ни на грош, только жадность. Ему всего мало: золота, славы, крови.
– Таких людей вы знаете лучше, чем я, сир. – Бесчестного и жадного наемника перекупить легче всего, но Дени не хотелось поступать наперекор советам старого рыцаря. – Делайте, как считаете нужным, только не медлите. Я хочу быть готовой на случай, если Гиздаров мир рухнет, а к рабовладельцам у меня доверия нет. – «Как и к мужу». – Они обернутся против нас при первом же признаке нашей слабости.
– У юнкайцев свои заботы. Кровавый понос поразил толоссцев и перекинулся через реку в третий гискарский легион.
Сивая кобыла, о которой предупреждала Дени Куэйта. Она и о дорнийском принце говорила, о сыне солнца, и о ком-то еще…
– Я не могу полагаться на то, что мои враги перемрут сами собой. Освободите Крошку Мерис незамедлительно.
– Слушаюсь. Но, если ваше величество позволит, есть другой способ.
