– Он правда спрыгнул с этой стойки? Дуглас Фэрбенкс-младший?
– Может быть, это был Тайрон Пауэр. Или мой братишка Том.
Хэдли с благодарностью стиснула ей руку.
– Ты меня приободрила. Спасибо.
Перед дверью в обеденный зал она обернулась. Терри подняла вверх сжатый кулак в знак поддержки.
Сегодня вечером в «Сторк» был приглашен Генри Россотти
Хэдли пробиралась по боковому проходу, как можно дальше от круглых столиков под белыми скатертями, в дальний угол, где в изысканной серебристой драпировке располагалась маленькая сцена с тропическим оркестром, который баюкал публику, лениво наигрывая
– Хэдли, – вполголоса окликнул ее Джей Джей, когда она юркнула мимо его столика, не заметив его самого. – Присядьте к нам. Элла до смерти хочет с вами поговорить.
– Я на работе, – прошептала она.
– Да, но на этот раз, – возразил он с широкой улыбкой, – я отчасти представляю вашего работодателя. Садитесь, Хэдли Джонсон, это приказ. Мне надо задать вам один вопрос.
Если она задержится, мужество покинет ее, и она никогда не решится на то, что задумала. Хэдли подошла к столику, но осталась стоять.
– О чём?
– Откуда вы взяли эту птицу, что красуется на вашем плече?
– Подруга дала поносить.
– Вы можете спросить ее, каким образом это пернатое попало к ней? Это важно. Правда важно, Элла?
– Да, очень, – кивнула молодая женщина и, откинув свою лебединую шею, выпустила дым из блестящего длинного мундштука.
Она не носила никаких украшений. Осанки и повадки было достаточно. Хэдли опустила глаза.
Нет… На руке у Эллы Тарлингтон было обручальное кольцо.
– Я спрошу.
Найти столик Фреда Астера оказалось легко: все взгляды в тот или иной момент устремлялись на него и его супругу. Хэдли мысленно сосчитала до шести – она любила эту цифру, – приосанилась и направилась прямо к оркестру.
Остановившись напротив Россотти, который томно покачивал маракасами, она поднялась на две ступеньки и прошептала ему кое- какие указания. Если он и был удивлен, то, без сомнения, приятно: под его усами а-ля Сизар Ромеро расплылась широкая улыбка. Он показал на микрофон. Хэдли встала перед ним, держась очень прямо.
Сердце шептало
– Леди и джентльмены, клуб «Сторк» имеет честь и счастье принимать сегодня вечером в своих стенах величайшего гения танца.
Она подала условленный знак дирижеру, и оркестр сыграл первые такты вступления. Зал узнал
Искусственная луна пробежалась по Хэдли и поймала ее лицо. Вдали, у дверей, она узнала блейзер «яхтсмена», который крадучись вошел в зал. Поближе – блестящий, пристальный, устремленный на нее взгляд Джей Джея. Рядом поблескивание длинного мундштука.
Хэдли грациозно подняла руку в сторону публики и пропела в микрофон:
– Дорогой Фред Астер, не хотите ли потанцевать со мной?
Он поколебался. Потом с обреченной медлительностью отложил салфетку, встал, поправил галстук и своей неподражаемой походкой направился к Хэдли, держа руку в кармане.
– Филлис, – прошептал он жене в микрофон, прикрыв ладонью глаза под лунным лучом. – Сделай что-нибудь, чтобы помешать этому, дорогая. Пожалуйста… Любое тупое орудие сойдет!
Его белозубая улыбка внезапно озарила весь зал. Повернувшись на каблуке, он обхватил Хэдли кончиками пальцев, трижды покружил ее.
– Шим-шам? – прошептал он, наклонившись, лбом ко лбу.
Хэдли засмеялась, в голове лопались пузырьки шампанского, она готова была взлететь.
– Со мной будет нелегко!
Он обнял ее за талию, оркестр грянул, как артиллерийский залп, и… Хэдли взлетела!
Под предлогом ежедневной гигиенической прогулки с № 5 Джослин вышел в частый весенний дождь.
Час был поздний. Дождь разогнал прохожих с 78-й улицы.
На фасаде соседнего дома Джослин увидел свет. Он спустил собаку с поводка, подошел к ограде. Светилось окно комнаты Дидо.
Пальцы Джослина жестоко мяли горсть камешков в кармане, подобранных в саду миссис Мерл и припрятанных с заранее обдуманным намерением.
Он встал на линии огня, прицелился, бросил первый камешек… который улетел в ночь.
Второй попал слишком низко и отскочил на тротуар рядом с № 5, спокойно обнюхивавшим уличный фонарь. Песик с укоризной оглянулся на неуклюжего двуногого.
– Прости, тысяча извинений, Номер пять.
Третий камешек вскользь задел мишень. Четвертый наконец гулко звякнул о стекло. Джослин затаил дыхание.
Ничего. Не. Произошло.
Последовало еще полдюжины камешков. Звяк! Звяк! Звяк! Звяк! Только два пролетели мимо цели.
Никакой реакции.
– Дидо! – крикнул он шепотом.
Звяк! Звяк! Звяк…
