На табличке было написано, что здесь можно записать свой собственный диск. Такого юный француз никогда не видел. Одну из кабинок занимали две дамы. Он прислушался. Стенки были звуконепроницаемые.

Он подошел к прилавку, где продавец с отсутствующим видом мерно покачивал головой. Из его ноздрей вырывалось то ли мычание, то ли повизгивание – Джослин понял, что он подпевает Перри Комо, чей медовый голос разливался по всему магазину.

– So tired… really love you…[50] Что вам угодно, сэр?

Десять минут спустя Джослин в наушниках, с бакелитовым микрофоном под подбородком, опутанный проводами и окруженный замысловатой техникой, сидел в кабинке на вертящемся табурете.

– Не слишком близко к микрофону, сэр, – предостерег его продавец. – Иначе фоном будет слышен конский галоп.

– Галоп?..

– Ваше дыхание, сэр. Вы хоть не жуете резинку, надеюсь?

– Н… нет.

– Этот звук в записи похож на треск пожара в прериях Среднего Запада.

– Но я хотя бы могу петь, говорить…

– …кричать, читать, декламировать, чмокать и всё, что вам вздумается. Только осторожней с вашим шарфом, сэр… На шерсти скапливается статическое электричество, оно может дать звуки, напоминающие… э-э… пищеварительный процесс.

– Понятно.

Продавец вставил в аппарат восковой диск, повозился с кнопками и розетками, вторя своим мычанием несчастной Эдит Пиаф, сменившей в динамиках Перри Комо.

– Eune clocheu sonneu sonneu…[51] Запритесь на щеколду, снаружи загорится красный сигнал «on air»[52], и дверь будет заблокирована. А то, если кто-то случайно войдет, запишется рев бомбардировщика B-29, пикирующего на остров в Тихом океане. Доллар семнадцать, сэр.

– А?.. Да-да, конечно. – Джослин порылся в кармане дафлкота.

– Это только за запись, сэр. Добавьте еще тридцать два цента за диск. Лучше не звените мелочью, сэр. Запишется колокол собора Святого Патрика в день Святого Патрика… Villâââjofon deu lâ vallêêê, comm’égaré. Pwresqu’inioré… Ouaci qu’en la noui étouâlêêê…[53]

– Вы исполняете «Три колокольчика» на несравненном французском, – польстил ему Джослин, пряча улыбку.

– Спасибо, сэр. Какой хит эти «Три колокольчика» в Америке! Вот так, снизу вверх… dong dong… C’est pour Jon-Fwronçois Nikôôô…[54]

Мало-мальски усвоив, как обращаться с аппаратурой, и оставшись один, Джослин дал себе минуту на размышление. Потом откашлялся, вставил вилку в розетку и дрогнувшим голосом выдохнул в микрофон:

Дорогая сестричка, дорогая моя Розетта,

голову даю на отсечение, ты отпала? Письмо на диске! Ты могла себе такое представить?

Это Америка, соринка!.. о-о, нет… Ах, черт! Черт!

Чертыхаясь, он выдернул вилку из розетки. Выпростался, обливаясь потом, из дафлкота, поправил микрофон, вставил вилку. Аппарат заурчал. Джослин еще раз хорошенько прочистил горло и изо всех сил надавил на кнопку on.

Вот. Продолжим…

Так я говорил, это Америка, сестренка.

Жаль, что я не могу вынести микрофон на 53-ю улицу, она в двух шагах, ты бы послушала удивительный концерт. Полицейские сирены, торговцы, уличные оркестры, мегафон, из которого голосит реклама мыла «Люкс»… Всё вместе, в сущности, немного похоже на мычание и звуки пищеварения нашего стада коров. Продавец предупредил меня, что диск кончится через шесть минут.

Одна из женщин в соседней кабинке сочувственно кивнула ему через стекло. Он улыбнулся и кивнул в ответ.

Надеюсь, что у тебя всё хорошо. У меня, как ты уже знаешь, закончился контракт репетиционного пианиста. Сейчас я должен идти в один отель в Мидтауне, где требуется лифтер – это по-здешнему garçon d’ascenseur[55]. Работа, думаю, несложная, знай нажимай кнопки, 10, если клиенту нужно на десятый этаж, 47, если он предпочитает сорок седьмой. Остается надеяться, что на такой высоте меня не одолеет горная болезнь.

Перейти на страницу:

Все книги серии Мечтатели Бродвея

Похожие книги