— Ахахахахах! Наивный несмышлёныш!
— Завидуешь, да?
— Как можно, Лео! — дедушка нарочито оскорбился и выпрямился. Независимый вид духа отчего то казался очень смешным и я захохотал.
Это совпало с очередным криком боли китайца. Осколки зубов мешали ему говорить и Артур взялся удалить их пальцами. В итоге, несчастный пленник посчитал мой хохот проявлением демонической натуры и от страха и боли потерял сознание.
— Да ну на… — разочарование Артура грозило обратиться в уныние. — Может сразу следующих? Они явно клановые бойцы, по ним сразу видно.
Оставшиеся пленники, заполучив по инъекции блокиратора, ждали своей очереди в соседних помещениях. Кто бы мог подумать, что невеста выберет дом с подземной тюрьмой в комплекте?
— Клановых придётся ломать дольше и не факт, что расскажут. А у меня самолёт через час. И даже лыжи ещё не примерял.
— Принято.
Пленника будущий начальник моей контрразведки привел в себя за парочку оплеух. И дальше началось всё самое интересное. Пусть и на плохом английском.
— Луэн? Красный Дракон?! — неверяще повторил я услышанное и обратился к врагу, хоть тот и не мог меня слышать: — Больше ты не сбежишь. Я заберу твою голову…
Как правило: третий — всегда лишний. Но в любом правиле обязательно должны присутствовать исключения. И порой они бывают несколько необычны. И ведут к довольно непредсказуемым последствиям…
Глянцево-чёрный, украшенный витиеватым серебристым узором, женский ноготок неподвижно замер, остановившись во впадине между девичьими лопатками. Ещё несколько мгновений назад ноготок лёгкими, едва ощутимыми касаниями порождал тысячи мурашек, расползающихся по спине Алексы, вызывая приятную дрожь в переполненном истомой теле. Девушка удобно лежала на животе, уложив подбородок на скрещенные руки поверх смятой подушки и довольно щурилась, не желая вылезать из кровати, ещё хранящей тепло страстного и бурного…
Румянец смущения вновь окрасил щёчки задумавшейся Алексы, подбирающей подходящее определение недавним событиям. На языке так и вертелось слово "прОводы". Иногда ему на смену приходило слово "оргия". И хотелось провалиться от стыда, но разве можно пасть ещё ниже? Даже немного смешно, если б не было так грустно…
Мэйли подобные терзания не беспокоили. Она как раз закончила бездумно выводить невидимые узоры на коже любовницы и прижалась к плечу щекой. Китаянка беспокоилась совсем о другом.
— Почему ты меня простила?
Заданный едва слышным шёпотом, вопрос имел все шансы остаться неуслышанным. А смелости повторить его у китаянки уже не хватило бы. Да и сама она считала, что Леон слишком переоценивает её влияния на Алексу. Но раз у него сложилось выгодное мнение, следовало вести себя именно так — уверенно и раскованно. А уже наедине с той, кого она по праву считала старшей, можно расслабиться и быть собой.
— Я пила твою кровь, дурашка! — мягко вывернувшись, Алекса улеглась на бок и ласково коснулась линии скул Мэйли. — Обмануть память крови невозможно. И знаешь… Словно в зеркало посмотрелась. А что до мести… Пустое это. С тебя затребовали плату за эту любовь. И ты согласилась. Да и Лео… — девушка запнулась, подбирая слова, но после нескольких бесплодных попыток просто отмахнулась рукой. — Допустить чтобы он бегал к тебе втайне? Запретить? С таким невозможно бороться. Только если навсегда избавиться от соперницы. Или привлечь на свою сторону. Вот и… Подружились!
Девушки заливисто рассмеялись. Очередной поцелуй затянулся и они ещё долго прижимались друг к другу разгорячёнными телами. В их близости пока что превалировало именно физическое влечение. И жёны хана Хаттори брали от жизни всё.
— Кровь… — мечтательно произнесла Мэйли, отдышавшись и переворачиваясь на спину. Её тёмные глаза задумчиво блуждали по потолку. Девушка явно витала в облаках. — Ты всегда будешь ближе. Всегда будешь первой. И всё потому что у тебя есть Кровь! Почему жизнь так несправедлива?!
В её голосе слышалась неподдельная зависть.
— Только посмотри какая жадина! Всё ей мало! — звонко рассмеялась Бладштайнер. — Завидуешь Окаянной? Хочешь стать Проклятой? Я могла бы это устроить! Но представляешь ли ты что будет там, за гранью? Готова к последствиям?!
— Разве это возможно? — бросив на Алексу полный надежды взгляд, китаянка не увидела ожидаемого отказа и внутренне обмерла, боясь спугнуть робкую надежду. — Не молчи!
Вместо ответа Бладштайнер плавно перетекла по кровати, усаживаясь на колени. Тяжёлые полушария груди мерно колыхнулись, подхваченные и сжатые ладонями вампирши. Девушка намеренно дразнила китаянку, провоцировала… И это совершенно не укладывалось в её прежний образ.
— Что с тобой? Перестань, Алекса! Давай поговорим!
Вампирша тряхнула причёской, разметав жемчужные пряди в разные стороны. И ещё раз. И ещё. И ещё. Каждый раз пластично присаживаясь и привставая на колени, будто двигаясь в некоем ритме. Завораживающе. Эротично. Она танцевала.
Сердце Мэйли тревожно откликнулось. В горле пересохло, глаза вспыхнули тем же алым огнём, что багрово пылал в зрачках Алексы.
— Я пойду на что угодно, лишь бы разделить с вами свою судьбу…
