Я вспоминаю о том, что пару недель назад сказала мне Шей:
Зажмурившись, я сосредотачиваюсь на музыке. И постепенно она слышна все громче. Этот звук придает мне сил и напоминает о маме. Я представляю, как она с любовью смотрит на меня из Запределья и гордится своей дочерью, которая сумела многого достичь.
Я обеими руками прижимаю кулон к груди и позволяю сознанию отделиться от тела. Следуя указаниям Дэвиена и звучащей мелодии, я стараюсь отыскать в себе магию. Когда мне удастся ухватиться за нее так же крепко, как за стеклянный кулон, я передам ее мужчине, которому уже отдала всю себя без остатка.
– Я готова принести клятву. – Почему-то голос больше не похож на мой собственный. Он звучит более напевно и увереннее, чем когда-либо.
– Клянешься ли ты защищать и направлять свой народ, оберегать их с помощью древней магии, дарованной тебе судьбой и родом, править, вооружившись честностью и справедливостью, укреплять наши границы и бороться за наше дело? – повторяет Дэвиен слова со страниц, которые дала нам Вэна. И заканчивает, добавляя уже предложенное мной: – Принимаешь ли эти клятвы со всей серьезностью и почтением?
– Да.
– Отвергнешь ли ты все искушения, которые могут сбить тебя с истинного пути?
– Да.
– И станешь ли ты использовать всю силу до последней капли, чтобы развивать, поддерживать и почитать путь нашего народа во веки веков?
– Все это и даже больше. Клянусь. – Я распахиваю глаза и встречаюсь взглядом с Дэвиеном. Он чуть приоткрывает губы, явно тоже что-то чувствуя. Интересно, слышит ли он музыку, которая сейчас звучит уже на пике громкости? Она льется мне в уши, словно вода, и наполняет душу, как магия королей фейри. – Я приношу эти клятвы искренне и по собственной воле.
– Тогда испусти свой последний вздох как женщина и воскресни уже королевой.
Дэвиен подается вперед и кладет руки на мои плечи. Я делаю глубокий вдох, и он толкает меня назад. На этот раз я готова к тому, что меня ждет.
Под поверхностью раздаются довольные возгласы, вокруг слышится радостная симфония, которая словно бы звучит в зале, в три раза более внушительном, чем весь замок, в котором мы провели прошлую ночь. Короли и королевы древности аплодируют, укрепляя мой дух и магию, которая теперь словно сочится из каждой поры.
Дэвиен выдергивает меня из воды, и я жадно глотаю свежий воздух. Я моргаю, уставясь в небо, и наслаждаюсь ощущением безмерной силы.
Если бы я захотела и нашла в себе смелость, то смогла бы изменить этот мир.
А потом я опускаю глаза и вижу Дэвиена. И впервые – единственный раз – использую свою магию. Я вливаю ее в кулон, который все еще сжимаю в руках, и выпрямляюсь, а Дэвиен опускается на колени.
Следующую часть ритуала мы составляли вместе.
Двигаясь под звуки музыки – той магии, которая живет внутри меня, – я обхожу вокруг Дэвиена, чертя на нем зеркальные отражения тех фигур, которые ранее он рисовал водой на моем теле. Завершив круг, я останавливаюсь перед ним и протягиваю кулон.
Глядя на меня с трепетом и предвкушением, Дэвиен медленно поднимает руку. Все, чего он желал всю жизнь, теперь находится в пределах досягаемости.
Магия начинает меня покидать. С каждой секундой тело все больше тяжелеет, и я задаюсь вопросом, хватит ли у меня сил произнести необходимые слова. Но мы уже так близки к цели.
– Я отре…
Вылетевшая из ниоткуда сотканная из тени стрела выбивает кулон из моей ладони, и вся накопленная ритуалом мощь с едва слышимым щелчком разрушается.
На миг я потрясенно застываю на месте. Глядя на мою протянутую руку, где только что был кулон, Дэвиен моргает, будто не верит своим глазам. А после мы одновременно приходим в себя.
Дэвиен выскакивает на берег и поворачивается в ту сторону, откуда прилетела стрела. Я же вслед за кулоном ныряю под зеркальную поверхность. Звучавшая прежде песня оборвалась. Озеро снова становится холодным. И, открыв глаза под водой, я больше не вижу призрачных фигур. Как будто в кулон вошла не только жившая во мне сила, но и магия самого озера и всего этого места.
Когда я выныриваю с кулоном в руке, моя ужасная теория подтверждается.
Защищающий крепость туман испаряется под лучами солнца, словно кто-то сдергивает покров, и взгляду с первозданной ясностью предстает редкий лес с тощими, похожими на скелеты деревьями. А вдоль них – десяток потрошителей в характерных накидках, которые окутывают их плечи и шеи яростными тенями.
Да, я намеревалась собрать магию Авинессов, но даже не представляла – да и не желала – подобного успеха.
