Вампиры живут рядом с вами, люди. Живут, соблюдая простые правила: не брать больше требуемого и не оставлять следов своего существования. Но за тысячи лет я устал от правил… и от вас! И хочу изменить этот мир под себя. Для этого достаточно нарушить равновесие, лишив князя Тёмных дочери. Но я не предполагал, что встану перед выбором. Темная княжна оказалась моим "сердцем" – истинной парой.***От столкновений кланов Светлых и Темных вампиров я устала больше, чем от излишней опеки отца. Но запреты не смогли уберечь меня от встречи с его врагом. И кто же знал, что тот, кому нужна моя смерть станет единственным, в чьем присутствии мое сердце начинает биться.
На матовую поверхность стола легла серая папка.
– Что там? – не отрываясь от книги, уточнил Михаил.
– Информация о княжне. Как вы и просили, – добавила вампирша тише.
– Княжне?.. – переспросил Высший вампир, скинул ноги со стола и отложил книгу.
– Да, правящий.
Князь Светлых вампиров жестом отослал помощницу из кабинета и, дождавшись, когда та наконец скроется за дверью, открыл папку.
Фотография в ней выделялась пестрым пятном на фоне серого помещения с темной мебелью. Яркая и до раздражения жизнерадостная.
– Ты красивая, дочь врага, – произнес Михаил. – Даже слишком для такого правильного идиота, как твой отец.
Русоволосая девушка с фотографии смотрела прямо в объектив. Отчего Высшему показалось, что она следит за ним взглядом, когда он наклонял глянцевую бумажку, желая подробней рассмотреть ту, которую собирается убить сегодня ночью.
– Элеонора, – произнес он по слогам. – Мне тебя не жаль, – подытожил спустя минуту, закрыл папку и вновь принялся за чтение книги.
Чтение книг – это, наверное, единственное занятие, что еще не раздражало Михаила. Они не производили лишнего шума, не лгали, не пытались никого убить, и их можно было закрыть в любой момент, если наскучит. А вот с людьми или вампирами так поступить нельзя. Нельзя взять и просто свернуть шею тому, кто тебя раздражает. Приходится соблюдать баланс. А тогда в чем смысл сил Высшего вампира, если ими нельзя пользоваться, когда заблагорассудится? Этим вопросом Михаил задавался множество столетий.
В следующий раз он отложил книгу, когда часы показывали восемь вечера. Солнце за окном почти потухло, оставив лишь алую полоску на горизонте. Наступало любимое время суток вампира – ночь.
Князь с присущей для любого Высшего ленью поднялся из кресла и неторопливо пошел к выходу из кабинета.
Миниатюрная блондинка, что несколько часов назад приносила папку, проводила своего хозяина преданным взглядом и молча вернулась к экрану ноутбука.
– Анна, я вернусь ближе к полуночи, – сообщил Михаил. – И сегодня в улье будут незваные гости. Нужно их встретить радушно, – добавил, когда хромированные дверцы лифта закрывались.
Высший не сомневался: когда Александр узнает о смерти дочери, то в первую очередь навестит его. А значит, надо быть готовым.
Лифт издал переливчатый звон, двери медленно поползли в стороны, Михаил торопливо вышел в фойе первого этажа и поспешил покинуть здание. Оказавшись на улице, прикрыв глаза, потянул воздух. Сотни ароматов дразнили и будили инстинкт хищника. Люди… Они были повсюду. Громкие, суетливые, навязчивые, слабые и ничтожные. За спиной Михаила – молодая пара вышла вслед и громко спорила о том, что они будут готовить на ужин, выбирая между рисом и макаронами.
– Никому это не интересно, мешки с кровью, – холодно заметил вампир.
В сотне шагов, на стоянке, трое садились в автомобиль. Чуть дальше – парк, через который мужчины и женщины в офисной одежде спешили к остановке общественного транспорта.
– Какое разнообразное меню, – со смешком произнес Михаил и влился в поток идущих.
Он выделялся из массы. На нем не было кипенно-белой рубашки и темных брюк с наутюженными стрелками. Высший предпочитал другую одежду. Удобную, не сковывающую движения и обязательно темную. В такой одежде удобно охотиться. А главное – на ней не видны следы крови.
Если другие Высшие и обращенные вампиры пользовались добровольными донорами для утоления жажды, Михаил предпочитал настоящую охоту. Выслеживая добычу, он вспоминал давно забытые чувства предвкушения, азарта, а когда настигал жертву – краткую эйфорию. Именно в эти моменты он жил по-настоящему, а не существовал на последнем этаже высотного здания, изображая из себя того, кем не желал быть.
После гибели Бальво, прошлого правящего Светлых вампиров, Михаил занял его место лишь по двум причинам. Он не хотел прогибаться перед очередным глупцом и не желал исполнять чьи-либо приказы.
– А мне туда, – произнес с предвкушением и свернул в старую часть города, где вдоль длинной набережной стояли разномастные дома и домики. Новые – из камня в несколько этажей. Старые, что вполне могли видеть зарождение города – деревянные, низкие, с резными покосившимися ставнями. Но не особенности архитектуры заинтересовали вампира. Нет. Мелодичный женский голос. Именно он привлек внимание.
Девушка шла вдоль реки. Она явно не торопилась домой, болтая с кем-то по телефону.
– Нет. Я точно к нему не вернусь, – произнесла та уверенно. – Это было последней каплей в наших отношениях, – собеседница что-то ответила, но Михаил не прислушивался, ему было безразлично. – Поверь, измену я не прощу, – ответила обладательница мелодичного голоса.
Вампир не спешил настигнуть добычу и не выдавал своего присутствия. Двигался бесшумно, выбирая неосвещенные участки. Ему нравилась эта незатейливая игра.