– Не совсем так. Рита сначала поехала в Волгоград, там жила старшая сестра Кости. Она была намного старше его, серьезно болела. И Рита время от времени приезжала к ней помочь. Так было и в тот раз. Рита побыла в Волгограде примерно недели две, а потом собралась возвращаться в Тарасов. Она позвонила нам и сказала, что выезжает домой. Взяла билет на проходящий поезд откуда-то с юга, там ехать-то всего восемь часов. Но потом вдруг резко поменяла свои планы. Рита перезвонила и сообщила, что неожиданно встретила свою знакомую, с которой давно не виделась, и собирается задержаться на день-два. Костя, помню, тогда рассердился и потребовал, чтобы Рита возвращалась домой. Кажется, они даже поругались. Но Рита не послушалась. А потом она снова позвонила и сказала, что домой не вернется. Якобы эта знакомая, которую она встретила, пригласила ее в Тюмень. Там, как она сказала, можно без проблем устроиться тренером, – сказала Альбина Алексеевна.
– Так все-таки кто же была эта знакомая? – допытывалась я.
– Да Рита так и не сказала о ней ничего определенного. Просто какая-то давняя и хорошая знакомая. Вот и весь ее ответ, – сказала Калашникова.
– Скажите, Альбина Алексеевна, а после того, как Маргарита уехала в Тюмень, она продолжала общаться с отцом? – задала я очередной вопрос.
– Да, конечно. Не часто, правда, где-то раз в несколько месяцев. Но они не прервали связь хотя бы на расстоянии, – ответила женщина.
– Понятно. Но, может быть, Маргарита присылала из Тюмени фотографии? – спросила я. – Все-таки новый город, новые впечатления.
Альбина Алексеевна ответила не сразу. Она немного помолчала, вспоминая, но потом ответила:
– Нет, никаких фотографий из Тюмени Рита не присылала.
– Вы в этом уверены, Альбина Алексеевна? – уточнила я.
– Да, потому что Костя мне ничего о них не говорил. У нас, знаете ли, с мужем секретов друг от друга не было. Костя всегда говорил мне, когда Рита звонила или писала сообщение. Так что нет, фотографий не было, не присылала Рита ничего, – ответила Калашникова.
– Ну а старые фотографии Маргариты – я имею в виду до ее отъезда в Тюмень – у вас имеются? – спросила я.
– Да, есть фотографии. Они находятся в альбоме. Вам они нужны? – спросила женщина.
– Да, я хотела бы взглянуть на них, – кивнула я.
Калашникова поднялась со стула, но тут мне в голову пришла одна мысль, и я остановила женщину:
– Альбина Алексеевна, подождите, взгляните, пожалуйста, сначала вот на это.
Я вынула из сумки ксерокопию, сделанную у входа в коттедж Веретенниковых, и положила ее на стол.
– Скажите, это Маргарита? Или же просто похожая на нее молодая женщина? – спросила я.
Калашникова взяла ксерокопию и стала внимательно смотреть.
– Эта девушка или молодая женщина, как вы сказали, похожа на Риту. Правда, ведь прошло уже столько времени… Да и фотография эта, которую вы мне показываете, это ведь не совсем фотография, да? – уточнила Альбина Алексеевна.
– Это ксерокопия, – ответила я. – Да, это не фотография в привычном понимании этого слова. Но, к сожалению, другого ничего нет.
– А вы знаете, Татьяна Александровна, я вот сейчас вспомнила. Как-то раз Рита пришла домой с девушкой, которая была очень похожа на нее. Мы с Костей так удивились тогда. А Рита сказала, что они вместе занимаются в спортивном клубе. Только Рита у нас занималась художественной гимнастикой, а девушка, та, что на нее похожа, – какой-то борьбой, что ли. В общем, не женским видом спорта, – сказала Калашникова.
«Кажется, пазлы начинают складываться», – подумала я.
– Может быть, та девушка, похожая на Маргариту, занималась дзюдо? – подсказала я.
– Может быть. Я не разбираюсь во всех этих названиях, – развела руками женщина. – Так вот, по поводу сходства Риты и той девушки. Отличия все-таки были: и в оттенке волос, и глаз, да и в чертах лица. Но если не присматриваться – или там для незнакомого человека, – очень похожи, просто удивительно. Правда, ведь волосы можно и перекрасить, и цвет глаз изменить с помощью линз. Для девушек в этом нет ничего сложного. Да что я тут все рассказываю да рассказываю? Я вот сейчас принесу альбом, сами все посмотрите. Альбом лежит в шкафу в гостиной, – сказала Альбина Алексеевна и вышла из кухни.
Через минуту она вернулась.
– Вот, смотрите, – сказала Калашникова и положила альбом на стол.
Перелистав альбом, Альбина Алексеевна вынула одну фотографию:
– Вот она. Тут как раз их и сфотографировали вместе.
Я посмотрела на цветную фотографию, запечатлевшую двух девушек лет семнадцати и парня чуть постарше. На всех троих была спортивная форма с надписью «Олимп». Я внимательно смотрела на лица девушек. И в самом деле они были очень похожи. Правда, некоторые различия все-таки можно было заметить. В основном они касались мелких деталей: черты лица одной из девушек были более утонченными, а у другой – более выпуклые. Да и на мочке левого уха – девушка стояла вполоборота – я заметила небольшое черное пятнышко. Уж не та ли это родинка, о которой рассказывал тренер?
– На фотографии Маргарита – та, что стоит прямо? – спросила я.
– Да, – кивнула Калашникова.
