Танец со змеей полностью

– Не знаю, надо подумать... какого рода заведение ты ищешь? – Глаза парня блуждали. Он осматривал ее диковинный зеленый хвост, седлонога и поклажу.

Как водится, даже в это вечернее время на узкой улочке обитала половина города. Нищие, попрошайки, успокоившиеся пьяницы и бдительные прохожие, торопящиеся мимо. Никто не приставал к всаднице, но случись что, чужак не смог бы призвать никого из них в свидетели, потребовать ответа или справедливости.

– Что? – Догадалась она. – Оцениваешь легко ли обворовать всадника?

– Легко, – согласился юный горожанин, – но для этого всадник ничего не должен подозревать. Сейчас-то уже нет.

– Но я могу ведь не подозревать о твоем дружке?

Она обернулась и посмотрела на застывшего рядом с ней юношу, готового сорваться с места в ближайший проем между домов.

– Исчезни, недоделанный! – Фыркнул старший.

Напарник под смех и улюлюканье местных тут же скрылся из виду, боясь больше гнева компаньона, чем поимки, как вора. Да и окружающая публика пожурила его скорее за разоблачение, чем за преступное стремление.

– Так что насчет ночлега?

Второй не сбежал, сложил руки на груди и прислонился плечом к стене. Рядом была другая узкая подворотня, потому он уверовал в собственную безопасность.

– Ну… в общем, надо тебе в Дом Дали. – Вспомнил парень.

– Дом Дали. – Недоверчиво повторила Октис. – Малыш, уж не потому, что я женщина, ты решил меня отправить к девкам? Или хвост мой тебя очаровал?

– Ну, никто не ляжет на тебя, если ты не дашь на то своего согласия. – В его голосе вдруг прорезался тон торгаша. – В отличие от других местных ночлежек. Это же просто дыры, притоны, обеденный стол для кровососов! И седлонога им там поставить некуда. Уведут! Тебе у Дали будет как дом родной со всеми удобствами – после дороги-то.

– А у тебя, случаем, не свой интерес у Дали?

– Типа того. – Воришка довольно усмехнулся. – Что мне тебе еще сказать? Посмотри на небо, ночью будет темно и точно – дождь. Я тебе других мест все равно не скажу. Можешь их искать сама. Может, и под дождь попадешь. Да вот только про седлонога своего подумай. У Дали стойло крытое! А он у тебя точно холеный. Дорогая тварь, и не будешь ты его держать под дождем без дела.

– Ладно, убедил. Говори, где твой дом благословенный.

– Прямо, как идешь. Увидишь дом высокий с круглым углом и колончой – это не он, но свернешь на ту улицу. А там сама узнаешь. Найдешь там другой постоялый двор – ну и к Богам!

– Да, и еще, – уточнила она напоследок, – седлонога не найду там, где оставила – и у Дали твоей я буду последний клиент, и у тебя, и у прыща этого. Всех найду. – Всадница отбросила полу плаща и показала рукоять кинжала. – Так что глаз, который положил на скотину, обратно себе забери.

– Скажи, что от Кадыша. – Только и ответил он.

Седлоног пошел вперед. Время Старших в небе стремительно кончалось. Тени одних домов лезли вверх по фасадам других. Хотя улица и шла в гору, расширялась и богатела, все уличное пространство будто опускалось ниже уровня тверди, постепенно превращаясь в яму. В квартале впереди уже маячила площадь, когда слева на пересечении дорог появился высокий дом с круглой игрушечной башней на углу. Седлоног свернул согласно маршруту. Здесь могли разъехаться телега и два верховых, хоть шанс такой встречи был и не велик. Глухие, неприветливые стены делали улицу тихой и унылой. Только запертые высокие калитки во внутренние дворы в конце каждого дома и окна вторых этажей убеждали прохожего, что он забрел не на задворки или брошенные склады, а на обычную жилую улицу. Только не самую гостеприимную. Ведь какому небогатому, но честному человеку сдалось это гостеприимство?

Вскоре беспросветные заборы по обе стороны оборвались и сменились густым слоем посадки из кустов и плодовых деревьев. Сразу же за зеленью показалась совсем иная застройка. Ее низкую каменную изгородь делил поровну широкий проход в телегу без дверей и свода. При нем висели два горящих масляных фонаря. За стеной расположился небольшой круглый двор, а в центре двора – зацветший прудик с грубой, потертой временем и непогодой скульптурой. Каменная девушка сидела в позе бестактной с точки зрения любого этикета, держалась руками за свою грудь и, видимо, от всего этого довольно улыбалась.

– Да, не промахнешься... – Фыркнула Октис, решая, не повернуть ли ей назад в последний момент.

Дом Дали был трехэтажный. Первый этаж – каменный, укрепленный достроенными позднее контрфорсами, остальные два – надстроенные деревянные. Дверь открылась, и на крыльцо вышла толстая женщина с дымящейся самокруткой во рту. Сезоны ее давно прошли, а скрученный пучок дымящейся травы во рту свидетельствовал о скупости и практичности, но все же хозяйка явно продолжала заботиться о своем внешнем виде.

– Ты гость или работу ищешь? – Сказала она, когда всадница въехала во двор.

– Меня сюда направил Кадыш.

– Понятно. Но... я все равно не знаю, зачем ты тут.

– Я – клиент. – Сдержано ответила всадница, хоть и далось ей то с трудом.