Танец змей полностью

Значит, вот как это происходило на протяжении последних двух десятилетий, подумал я. Ведьмы прибывали с большого острова, встречались с королевой на этом уединенном побережье и проводили спиритические сеансы, скрываясь в шатре наподобие того, что стоял позади.

Однако той ночью королева не отличалась доброжелательностью.

– Все вы еретички, – бросила она, сморщившись от отвращения. – Понимаете? Вы – омерзительные создания, что таятся по углам, как паразиты.

Дубик молчала. Но не сводила с королевы глаз.

Виктория презрительно усмехнулась.

– Насколько мне известно, эти мужчины сообщили вам, – она замолчала и обвела всех присутствующих взглядом, – сообщили вам местонахождение неких писем.

Дубик кивнула:

– Сообщили, ваше величество. Мы немедленно отправили за ними своего человека. – Она бросила на нас взгляд. – Попасть туда было несложно с учетом того, сколько людей привлекли для починки потолка библиотеки. – Она снова посмотрела на королеву и обнадеживающим тоном произнесла: – Теперь документы в надежном месте, ваше величество.

Мы все смотрели на Викторию, дожидаясь ее реакции. Она прикрыла глаза, с облегчением вздохнула, и напряжение ушло из ее плеч. Но когда она снова открыла глаза, смотрели они еще суровее, чем прежде.

– Верните бумаги. Немедленно.

Дубик снова почтительно поклонилась:

– Не вернем, ваше величество.

Она даже не повысила тона, но именно ее спокойствие привлекло всеобщее внимание. Виктория пришла в полное замешательство.

– Что вы только что сказали? – заикаясь, спросила она. Ветер взметнул ее меха и перья, и она напомнила мне ощетинившегося ежа.

Дубик не изменила ни тона, ни выражения лица. Даже не моргнула.

– Они в надежном месте, ваше величество. Там мы их и сохраним. И никому не вернем.

– Не верне… – начала было Виктория, но снова задохнулась. Ее затрясло от беспримесной ярости, и Мунши был вынужден поддержать ее.

Грудь Виктории вздулась, когда та набрала в нее воздух, и возглас ее прозвучал как оружейный выстрел:

– Вы вернете их мне! И не смейте возражать! Неужто вы не видите, что окружены моими людьми?

С этими словами она дернула тростью, подавая сигнал своим стражам.

Шеф низко, зловеще усмехнулся и поднял револьвер, будто в подтверждение слов королевы.

– Ни в чьих руках они не будут в большей безопасности, чем в наших, – настаивала Дубик, сохраняя все то же поразительное спокойствие. – Видите ту сороку, ваше величество?

Она показала на пирс, где стояла Кэролайн. Та по-прежнему крепко держала птицу, хотя на лице ее был написан ужас. Рядом с ней стояли две ведьмы с большими кинжалами наголо – в стальных лезвиях отражался синий огонь факелов. Их острия чуть касались оперения на груди птицы.

– Мы должны послать эту птицу нашей старейшине, – сказала Дубик. – Увидев ее, она поймет, что мы живы. Что она может доверять вам.

– Доверять мне? – взвизгнула Виктория.

– Именно. Если наша старейшина не получит птицу, она обнародует все те письма и документы.

Виктория, задыхаясь, плавно выскользнула из рук Мунши. Лакей бросился к ней со стулом и едва успел подставить его под королевские ягодицы.

– И это не только письмо от покойного герцога Кентского, – невозмутимо продолжала Дубик. – У нас также есть портреты, журналы посещений, дневник сэра Августа, показания волынщиков, собиравших сведения в королевских дворцах, – и их имена полностью совпадут с теми, которые ваше величество упоминает в собственных мемуарах.

Виктория давилась, из глотки ее вырывались гадкие, вызывавшие омерзение звуки. Лакей протянул ей маленькую фляжку со спиртным, но Виктория свирепым шлепком выбила ту у него из рук. Она метнула трость в Дубик, но промахнулась на пару дюймов.

– Все вы умрете! Я об этом позабочусь!

Дубик повернулась к лорду Солсбери, словно королева была безумицей в застенке, а премьер-министр – ее палачом.

– Вы оставите нас в покое, милорд. Вы позволите всем нам уйти сейчас же, иначе сорока умрет и все секреты станут достоянием общественности. – Она злорадно прищурилась. – Все секреты, сэр.

Поодаль одна из ведьм плотнее прижала лезвие кинжала к птице – его острие скрылось под оперением. Я видел, как нервничает Кэролайн, боясь нечаянно толкнуть сороку навстречу смерти.

Рядом с нами же тряслась и билась королева – так буйно, что в конце концов свалилась со стула. У меня волосы стояли дыбом от ее воплей.

– Те письма будут уничтожены после вашей смерти, ваше величество, – голос Дубик зазвучал примирительно. – Даю вам слово. Угроза минует ваших потомков – как и наших. Дети не должны расплачиваться за грехи родителей.

Виктория кричала и задыхалась, вокруг нее суетились лакей и Мунши, которые умоляли ее дать им руки, чтобы они смогли ее поднять. Ведьмы в буквальном смысле поставили ее на колени.

Лорд Солсбери повернулся к нам, багровый до самых кончиков волос, – вероятно, ему тоже хотелось упасть на пол и биться в истерике, как дитя. Он едва выдавил из себя одно слово:

– Вон.