– О, все в сборе! – Это появилась Вика, в руках у нее была тарелка с булочками. – А я вот булочки испекла!
– А, так это вот почему так ароматно пахло на кухне! – вспомнила Ира.
– Ну да! Счас будем чай пить, я последний противень в духовку поставила, булочек пять будет. – Она унесла тарелку в комнату и тут же вернулась. – Девчонки, какого парня я видела! Высокий, симпатичный, брюнет, в общем, все как я люблю! Я его на булочки пригласила.
– А он?
– А он не отказался! – прыснула она.
– Еще бы, где тут от такой булочки откажешься, – сверкнула изумрудными глазами Нина.
– Ну че вы тут встали-то? – хлопнула тряпкой об пол Элла. – Мне домыть надо, нет?!
Девчонки разбежались по комнатам, хихикая.
«Да, ну и вкус у Вики», – думала Ира, глядя на цветущую девушку и не менее пышно цветущего Несчастье. Он сидел в «цветнике» и с огромным удовольствием поедал теплые булочки. И странно, как это он до сих пор ничего не сломал и не разлил. Пришел, принес большую шоколадку. И когда успел?
– Миш, еще чаю? – спросила Нина Несчастье, которого в обычной жизни звали Мишей.
– Да, если можно, – улыбнулся тот.
– Значит, ты с Ирчиком на одном факультете учишься? – спросила, сузив кошачьи глазки, Нина.
– Ага, – кивнул он растрепанной шевелюрой.
– Что же ты, Ирчик, раньше его с нами не познакомила? Такого интересного парня прятать – нехорошо! – Нина погрозила тонким пальчиком.
Да, действительно с Мишкой было о чем поговорить, раньше Ира об этом и не знала.
– Да если бы не я, мы бы с ним и не познакомились! – весело прощебетала цветущая Вика.
На крики в коридоре никто не обращал внимания, пока не вошла Элла (она ходила на тренировку):
– Там на кухне горит что-то. Говорят, кто-то булочки сжег.
– О, не одни мы, значит, булочки пекли сегодня, – заключила Нина.
– Это у какой растяпы булочки сгорели, – фыркнула Вика и внезапно изменилась в лице. – Это ж наши булочки! – схватила полотенце, бросилась на кухню. За ней поспешили остальные.
Черный дым щипал глаза. Кто-то сердобольный открыл окно и духовку. Вика вынула противень с черными угольками.
– Вот вам и пять булочек…
– А кто седня дежурный?
– Я, – вздохнула Ира.
– Не боись, поможем, – подмигнула Нина.
– Лиз, а Лиз… – Света лежала на койке, мечтательно глядя в потолок.
– Чего? – Лиза читала педагогику.
– Ты знаешь, у нас на факультете парень, Ваня его зовут?
– Ну…
– Расскажи мне про него, какой он?
– Зачем…
– Ну, расскажи.
– Ты же его знаешь.
– Как ты думаешь, он добрый?
– Да, добрый, наверное.
Света просияла.
– Расскажи еще. Он красивый?
– Знаешь, он не в моем вкусе, но, в общем, он симпатичный парень.
– А я с ним целовалась…
– Угу…
– Я к нему в гости ходила, он был один. Я легла на кровать, он сел рядом, склонился надо мной и поцеловал в губы… я ему ответила, обняла его, но…
У Лизы брови поползли вверх.
– Он сказал, что не может. Как ты думаешь – почему? Он не любит меня? – Она усмехнулась. – Наверно, я его испугала.
– Скорее всего – да.
– Я так тоже думаю. Он теперь меня избегает, но смотрит тайком, я же вижу.
Она вздохнула и перевернулась на живот:
– А тебе правда препод по естествознанию нравится.
– Да, правда, – твердо ответила Лиза.
Теперь она была уверена в своих чувствах и не считала необходимым их скрывать. Да и от кого скрывать, Свете она полностью доверяла, они везде и всегда были вместе, вместе приезжали в университет, вместе возвращались домой, вместе ходили по магазинам. Это «вместе» помогало пережить разлуку с родными – было с кем поделиться, кому пожаловаться на судьбу, да и учиться вместе было веселее – одна что-нибудь забудет, другая напомнит.
Постепенно все на факультете привыкли к тому, что Лиза и Света всегда вместе. Однако, как потом выяснилось, не все относились к этому адекватно.
Однажды Лизе навстречу из кабинета вышла Алина и с хитрым оскалом произнесла:
– Лиза, а где же Света?
– В кабинете, наверно.
– А ты знаешь, что мне сказали.
– Не надо, Алина, – за спиной девушки появилась зеленоглазая Нина.
– Ну почему? – гнусаво возразила та и, повернувшись к Лизе, с азартным огоньком в глазах спросила: – Хочешь, я тебе скажу, что про вас говорят?
– И что же? – заинтересовалась Лиза.
– Это правда, что вы…
– Не надо, – прервала ее Нина.
– Это правда, что вы лесбиянки? – не слушая возражений, закончила свой вопрос Алина и испытующе уставилась на Лизу.
Нина тоже насторожилась.
Лиза усмехнулась:
– Нет.
– А, ну извини, – разочаровано пробубнила Алина.
Лиза потом, смеясь, рассказывала эту историю Свете. Последнюю этот случай искренне позабавил.
Однако, как бы хорошо все ни было, а Лизу отчего-то стало тяготить это пресловутое «вместе». Даже письма, которые Лиза писала каждую неделю родным, были общими: Света читала их и подписывала свое, часто отпускала шуточки по поводу Лизиной любви к Дмитрию Евгеньевичу (она это делала и в приписках к письмам, и устно в разговорах с Лизой), а Лизе не очень-то хотелось, чтобы эта тайна стала явью, приходилось все переводить в шутку. После она старалась писать письма, пока Света была в ванной, и тайно отправляла, отбившись всеми правдами и неправдами от давящей опеки подруги.
