Бывают преступления, не имеющие срока давности, и расплата за них неминуема. Испытав череду унижений и предательств, юная Рейчел поклялась во что бы то ни стало отомстить своему обидчику. Проходят годы, и таинственная владелица эротического клуба «Бабочка» воплощает свою мечту в жизнь, не останавливаясь ни перед чем…
Моей партнерше по игре Энни Дрейпэ
(Ты расписала карту «на всю ночь»…)
Хочу поблагодарить Энни Саистанг, Джойс Воллак, Митчелл Махер за очень ценную помощь.
Особая благодарность доктору Теду Браннену.
Этим островом мог быть любой другой в любом другом зеленом море мира. Белый особняк возвышался на вершине выступающего утеса, гордо наблюдая за морскими глубинами и бушующими волнами. Девятифутовая яхта стояла на якоре, команда на борту в великолепной униформе была готова исполнить любую прихоть мужчины и женщины там, на верху утеса. Перед особняком сверкал экзотический бассейн, также оказавшийся над пропастью между голубым небом и океаном. В нем плавала женщина, наслаждаясь чистым воздухом и безмятежностью. Под чуть колышущимся навесом был накрыт стол: шарики мороженой икры, охлажденные омар и крабы, засахаренные фрукты, разные виды сыров, привезенных со всех уголков земли, четыре сорта вина в холодильнике. Никто не нуждался в обслуживании. Влюбленные хотели остаться наедине.
Она вышла из мраморного бассейна по белым закрученным ступеням между двумя столбами к шезлонгам, на которых были расстелены шикарные велюровые полотенца, поджидавшие ее под солнцем.
Женщина двигалась лениво: она чувствовала страсть и наслаждение и была готова заняться сексом.
Она не сняла купальник — он сделает это за нее. Она расположилась на солнечном месте и перевела взгляд на телевизор, который стоял в тени растянутого навеса и всегда был включен. Она ждала чего-то.
Несколько минут спустя из дома появился он, в его солнечных очках отражалась мерцающая вода в бассейне. Под длинным белым банным халатом ничего не было. Она рассматривала его, в то время как он медленно подходил к ней. Высокий, пластичный и мускулистый, он шел походкой олимпийского чемпиона.
Она лениво протянула к нему руку. От белых стен особняка поднимались миражные волны тепла, которые, казалось, вот-вот растопят ее существо. Она нежилась на мягком полотенце, получая истинное удовольствие от прикосновения его кремового плюша к своей коже.
Он посмотрел на нее, пытаясь прочитать выражение ее лица сквозь огромные солнечные очки, и понял, что внимание партнерши сконцентрировано на телевизоре.
Он посмотрел на экран. Наконец-то показывали то, чего она ждала все это время, — через спутник с другого конца земли передавали новости.
Транслировали церемонии двух похорон — одни из Хьюстона, другие из Беверли Хиллз. Эти похороны были достаточно важными, чтобы транслировать их по всему миру.
Она нежно положила руки ему на голову и стала поглаживать его практически незаметно для себя, в то же время внимательно наблюдая за торжественными процессиями. В одной из них, окруженной калифорнийскими пальмовыми ветками, на которую люди приехали в длинных лимузинах, катафалк был белый, потому что хоронили женщину. Другая под палящим техасским солнцем сопровождалась мужчинами, которые доставали из черного катафалка гроб с покойником. На какое-то мгновение ей показалось, что она не на этом скалистом далеком острове и что она не испытывает сейчас никаких сексуальных влечений. Она вернулась… вернулась туда, на начало невероятного пути, который окончился в конце концов двумя похоронами, состоявшимися в один и тот же день за пятнадцать тысяч миль отсюда…
Доктор Линда Маркус сидела за трельяжем, подняв руки, собираясь расчесать волосы, когда услышала какой-то звук.
Ее руки застыли. Запястье одной из них украшала платиновая цепочка с очаровательной золотой вещью — браслет с бабочкой. Когда женщина вдруг замерла, чтобы вслушаться, бабочка покачивалась у нее на цепочке.
Она посмотрела на спальню позади нее, отражающуюся в зеркале. Ничего, казалось, не выходило за рамки обычного. В комнате стояла кровать королевских размеров для наших дней; свисающий атласный полог, кружевной матрац — все нежного персикового цвета. На кровати лежали ее белый рабочий халат, юбка и блузка, медицинская сумка, которую она бросила после изматывающего дня в хирургическом отделении. Итальянские кожаные туфли пристроились рядом с декоративным фонтанчиком.
Она вслушивалась, но все было тихо.
Она начала расчесываться.
