Никогда не знаешь, что ждет тебя накануне свадьбы – жаркие объятия любимого или смертельное заклятие магической метели. Никогда не знаешь, чему больше обрадуются родители: твоему возвращению на работу в Академию МВД или визиту императора, главы державы из другого мира.А Ричард… Я не знаю, увижу ли его снова. Прощу или нет – тоже не знаю. Мое имя – Вероника Журавлева. И другого не будет. Платья в стиле ампир и романтические кудри мне не подходят.Империя не отпускает своих подданных? Бывают исключения, когда однажды ты решаешь все забыть и начать жизнь с чистого листа. Только любовь не отпускает тех, кто раз впустил ее в свое сердце.
© Тур Т., 2017
© Оформление. ООО «Издательство «Э», 2017
– А все-таки посмотрите, как интересно выходит, Фредерик… – Машина стояла в пробке на выезд из Санкт-Петербурга. И тут уж даже самый сильный маг империи Тигвердов, император, повелитель и прочая, прочая, прочая… ничего поделать не мог. Добро пожаловать в мой мир!
– Что же вам показалось интересным? – отвлекся от бумаг император и посмотрел на меня.
– Если отбросить такую лирику, как мое разбитое сердце, то получается классическая картина попытки государственного переворота.
– Мама! – закатил глаза Пашка, тоже присутствующий при этом разговоре. – Ты невозможна!
– А я в восхищении, – улыбнулся Фредерик. – Но с чего вы пришли к подобным выводам, Вероника?
– Уголовная полиция – на этапе реорганизации. Их начальник после нападения на меня – на каторге. Следовательно, с объемом работы они не справляются. Получается, что уголовные элементы почувствуют слабину. Так?
– Так… – император отложил бумаги и с интересом посмотрел на меня.
– Генеральный прокурор – плохой ли, хороший ли – под домашним арестом в своем поместье. Идет следствие. Преемника, который бы устроил всех, нет. И за этот пост идет беспощадная грызня.
– Вам сложно представить, насколько вы правы, – поморщился повелитель.
– Почему же. Я присутствовала, когда застрелили барона Кромера. А он, кстати, не желал никого выдавать…
– Исчезновение сына для него стало ударом. Барона можно было продавить. Особенно если бы этим занялся я.
Я кивнула, соглашаясь. И продолжила рассуждать:
– Теперь, – голос все-таки дрогнул, – принц Тигверд.
– Мама, – сказал сын с тревогой.
– Все в порядке, Паша. Итак, принц Тигверд. – Я говорила и говорила, делая себе с каждой фразой все больнее. Слова рвались наружу с какой-то непонятной извращенной радостью. – Ненаследный принц. Бастард императора. Самый преданный подданный. Сын, для которого служить империи и императору – как дышать. И мой…
У меня все же перехватило дыхание, и фразу «мой жених» – я проговорить не смогла. Вместо этого сказала:
– Главнокомандующий в отставке. Может быть, как бы в отставке?
Император согласно опустил голову:
– Официально – да. Его отставка была выгодна. Во-первых, его следовало наказать за срыв. Натворил он действительно много чего. В гневе он неконтролируем. Во-вторых… Ему надо было отдохнуть. Переключиться. Сменить на какое-то время сферу деятельности.
– А теперь посмотрите, что получается. Ваш сын – в неадекватном состоянии. Он убежден, что мы с вами… его предали…
– Мама? – изумление в голосе Паши. – Ваше величество?
– Это была интрига, – проскрежетал император. – К стыду своему, должен отметить, что интрига успешная.
– Мам, вас подставили?
– Получается, что – да.
– И милорд Верд… Он поверил?
– Да. – Я вздрогнула, вспомнив наш последний разговор. Странно, но хотя и император, и его старший сын убеждали меня, что я была в смертельной опасности, мне не верилось. Я не могла поверить, что Ричард – пусть в гневе, пусть в остром припадке ревности – может причинить мне какой-то вред. Меня не покидала уверенность – возможно, глупая, даже иррациональная, – что рядом с ним я в полной безопасности.
– Ричард поверил, – печально кивнул император и тяжело вздохнул.
– А теперь посмотрите на это с точки зрения солдат и офицеров, с которыми он прошел все кампании, – продолжила говорить я, взяв себя в руки. – В армии любят милорда Верда. И что же они узнают? Вы отняли у него невесту, сделав своей любовницей. Их главнокомандующий исчез. И вы, император, не знаете, где он. Помимо того что у вас нет преданного вам главнокомандующего да и вообще армия никому не подчинена, у вас проблемы с недовольством среди личного состава.
Я вспомнила строй солдат и офицеров перед поместьем в свете факелов, когда мы возвращались с представления во дворце: искренние радостные лица, громогласное и оглушающее, грозное и ликующее: «Бра-бра-бра!!!» Абсолютно счастливого Ричарда. Нашу ночь после этого. Рассвет, который мы встретили вместе, уже поверив, что ничто и никто не сможет нас разлучить.
Сердце на мгновение сжалось. Ничего этого теперь не будет…
– Ко мне уже приходило несколько делегаций, – поморщился император. – Я наблюдал занятнейшую картину – смесь исключительной дерзости и исключительной почтительности. И, как мы понимаем, именно военные – люди, на которых во многом держится трон.
– Многие из них после отставки завязаны на торговле. – Я вспомнила, как бывшие сослуживцы милорда Верда решили вопрос с платьем для свадьбы. – В том числе они занимаются и драгоценными камнями. Система дорог в стране отдана им же. А как я успела заметить, чувство боевого братства для солдат и офицеров очень и очень значимо.
– Согласен. В случае недовольства военных в стране трудно будет избежать кризиса.
