Влияние этого свойства на душу человека проявляется и в том, что он начинает строго отмерять и ограничивать [в рамках предписаний Торы] все свои действия при исполнении воли Творца. Так, например, при оказании помощи нуждающимся следует «взвешивать свои материальные возможности»; а «тому, кто хочет быть щедрым [в добрых делах, все равно] не следует тратить [на это] больше пятой части [своих доходов]"5. То же верно в отношении исполнения других заповедей и изучения Торы: [скромный человек] удовлетворяется тем, что пунктуально исполняет обязанности, возложенные на него Торой, и изучает ее лишь в те часы, когда ему предписано это делать.
Но свойства, символ которых — правая рука: доброта и стремление как можно полнее выявить свой духовный потенциал, — находят свое выражение в человеке тогда, когда он служит Всевышнему, проявляя всю широту своей натуры, ничем не ограничивая себя в этом, как написано: «И пойду я широкой дорогой, чтобы постичь смысл заповедей Твоих»"5. Влияние этого свойства на душу того, кто преподает Тору, приводит к тому, что, передавая свои знания ученикам, он поступает по совету наших учителей, благословенна их память: «…Изливай желчь на учеников…»7. Свойство это влияет и на отношение человека к изучению Торы и исполнению других заповедей: он не довольствуется строгим их соблюдением и не ограничивается тем, что пунктуально следует предписаниям Торы, но полностью проявляет свою добрую волю во всем, что касается помощи нуждающимся, не сдерживает свое стремление изучать Тору и исполнять заповеди; ему несвойственно формальное отношение ко всему этому, и он стремится совершить как можно больше добрых дел.
Каждому еврею следует сочетать в себе оба упомянутых выше качества, что вполне возможно, ибо «нет такого явления, которое не могло бы иметь места»8. [Сочетанием обоих свойств в человеческой душе] объясняется и тот факт, что целый ряд законов Торы школа Шамая интерпретировала более мягко, а школа Гилеля — более жестко, [хотя обычно было наоборот9. Их отход от принятой позиции] учит нас следующему: души учеников Шамая уходят своими корнями в те свойства Всевышнего, символ которых — левая рука, и поэтому эти люди, как правило, придерживались более строгого подхода ко всем запретам Торы.
