– Ах ты! Ну ты у меня получишь! – Таня бросилась в свою комнату. В потайном месте – под шкафом вместе с личным дневником хранилась настоящая рогатка. Таня понимала, что девочке, а тем более отличнице не подобает держать в руках такие вещи, но её подарил Витька на прошлый день рождения, и Таня не могла расстаться с его подарком.
Выскочив на балкон, Танюша начала искать что-нибудь подходящее, чтобы на равных сразиться с наглой птицей.
– У! Гадкая девчонка! – Раздался сверху хриплый голос.
Таня подняла голову и замерла. Кроме готовой к полёту вороны наверху никого не было. Девочка повертела головой, но никого больше не увидела.
– Рыжее чудовище! – Продолжал невидимка.
– Кто это? Кто говорит? – Таня растерянно смотрела вверх.
– Кто-кто, дед Пихто! – В такт произносимым словам у вороны открывался клюв. – Что уставилась? Ворон не видела?
– Так это ты говоришь?
– Глупый отрок! А кто же ещё?
– Но, – Танюша на миг потеряла дар речи, – Говорящих ворон же не бывает!
– Не бывает… – Передразнила девочку птица. – Тебе что от меня надо? Чего за мной гоняешься? А ещё девочка…
– Я… Мне… – Таня спрятала рогатку за спину. – А чего ты раскаркалась? Подремать не даёшь?
– А нечего так долго спать! Лежебока! – Ворона плавно спикировала вниз и уцепилась лапами за спутниковую тарелку. – Я, может, репетирую, вокалом занимаюсь.
– Ну, прости меня, – Танюша окончательно смутилась.
– Ладно, спасибо, хоть, не пристукнула меня из своей рогатки. Вот времена настали! Уже и девочки делают рогатки! Как страшно жить! – Ворона запричитала подобно старушкам, собиравшимся на скамейке у подъезда.
– Это не я, – Танюшка предательски покраснела, – это Витька подарил.
– Витька… Тебя-то как звать? – Ворона соскочила с тарелки и уселась на балконные перила.
– Танюшка. Татьяна Коровкина, – поправилась Таня. Так её учил представляться папа.
– Х-р…Х-р…Х-р…Х-р! – Ворона подняла широко открытый клюв. Сомнений не было, она смеялась.
– Ты опять?! – Таня насупилась и показала из-за спины рогатку.
– Ладно, ладно, мир! – Птица смешно подняла крыло, словно это была ладонь с растопыренными пальцами.
– Каркуша Черная, – важно представилась ворона и замерла в ожидании.
– Каркуша… Как в «Спокойной ночи малыши». А почему ты умеешь говорить? – Таня незаметно сунула рогатку под крышку ящика с картошкой. «Надо все-таки отдать её Витьке, а то одни неприятности от неё», – подумала девочка.
– Видишь ли… – Казалось, Каркуша ждала этого вопроса. Она говорила важно, как это делают дикторы по телевидению или учителя в школе. – Вороны с глубокой древности были очень умными. – Каркуша важно прогуливалась перилам, её черные как смоль перья блестели в лучах солнца, – Мы прекрасно понимали человеческий язык и умели говорить. С радостью мы помогали людям в их жизни. Но со временем люди стали творить зло, начали воевать друг с другом и использовать в этом нас – ворон. Некоторые наши прародители становились злыми и даже решили восставать против людей. Сама подумай, человек же не понимает нашего – вороньего – языка, а мы понимаем человеческий – мы стали серьёзной угрозой для людей… Нас начали истреблять, и воронам пришлось притвориться, мы перестали говорить на человеческом языке. Со временем мы забыли ваш язык. Я, Каркуша Черная, последняя из вороньего рода, – Каркуша важно выпятила грудь и задрала вверх костяной, словно отполированный клюв. Тельце птицы покачнулось, и Каркуша свалилась с балкона. Танюша ахнула и кинулась к перилам. Через секунду ворона уже сидела на прежнем месте, – Да, так вот я последняя из вороньего рода, кто может разговаривать на человеческом языке. Некоторые вороны – их тоже осталось очень мало – лишь понимают человеческую речь.
Вдруг из комнаты раздался мамин голос:
– Я дверь в кухню закрыла и по квартире хожу как мышка, думаю, моя доченька спит, а она уже встала и даже маму не поцеловала. – Мама вышла на балкон, её каштановые волосы были собраны в тугой пучок, а домашние очки в тонкой металлической оправе сползли на кончик носа. Танюша присела и прижалась к маминому животу, обтянутому красно-белым клетчатым передником.
– Мамочка, познакомься, это Каркуша. Представляешь, она умеет говорить как мы – люди!
– Да ты что?! Ну, давай знакомиться, Вероника Сергеевна, мама Танюшки.
– Ка-р-р-р, – важно каркнула ворона.
– Ой! А где же человеческая речь? Наверное, Каркуша стесняется. – Мама улыбнулась и потрепала дочь по макушке. – Так, а кто ещё не умывался?! Вон, Каркуша уже, поди, почистила пёрышки. – Если бы мама не смотрела в этот момент на Танюшу, то увидела бы, что Каркуша важно кивнула. – Быстро умываться и за стол! – Вероника Сергеевна улыбнулась и потянулась к ящику с картошкой, – Фантазёрка…
Таня только успела охнуть, как в маминой руке появилась рогатка.
– Ага, Димка, сорванец! Ну, я ему покажу!
Как ни тяжело было это сделать, но пришлось признаваться. Брата не должны были наказывать из-за Танюши.
– Мамочка, это моя рогатка, – тихо-тихо прошептала девочка.
– Твоя?! И с каких это пор девочки стали делать рогатки? – Удивилась мама.
– Это Витька подарил.
