Капитан Глеб Шубин проснулся полным сил. Несмотря на то что живот сводило от голода, а кожа зудела в насквозь промокшей за время марш-броска форме, он чувствовал себя бодро. Вынес ведро с водой на улицу и там, раздевшись по пояс, принялся с удовольствием обливаться. Баро наблюдал за ним из проема двери, хихикая над смешным фырканьем и покряхтыванием будто не чувствующего холода мужчины.
Посвежевший разведчик переоделся в свою форму, вылил мутную воду под дерево. А потом вздохнул:
– Эх, сейчас бы еще пообедать. Прогуляешься со мной до полевой кухни, Баро?
Тот покачал головой:
– Я ходить толком не могу, как доберусь туда?
Глеб укутал его в ватник поверх больничной пижамы, которая болталась на ребенке как халат, и подхватил аккуратно на руки:
– А вот как. Буду твоим конем, домчу в один миг. Кстати, а где Рат, как мне его найти?
– Пообедаем, и покажу дорогу, – солидно ответил Баро.
Они набрали полный котелок каши с тушенкой, а потом долго ели ее у околицы крайнего дома. Баро так и разбирало от смеха, потому что ложек у них не было и Глеб придумал использовать очищенные щепки вместо столовых приборов. Каша сыпалась обратно в котелок, а Шубин подхватывал ее и ел.
За эти полчаса, что они провели за обедом, капитан Шубин отдохнул душой. Будто не было предательства Ноймана, долгого отступления с мертвым артиллеристом на руках. Рядом с мальчиком он опять почувствовал себя живым, обычным человеком, а не только разведчиком или офицером. После обеда Баро вдруг стал серьезным:
– Тебе пора идти, Шубин. Пока не стемнело. – Он сунул два торчащих из повязки пальца в рот и оглушительно громко свистнул. Потом еще несколько раз, более мягко и протяжно. Ответом ему было ржание и топот копыт, на краю поля из леса появился черный статный скакун. Он в несколько секунд преодолел поле и ткнулся бархатистой мордой в плечо своему хозяину. Баро погладил черный длинный нос с изящными ноздрями, сунул своему любимцу кусок черного хлеба. Пока Рат с хрустом жевал угощение, мальчик что-то шептал ему на своем родном языке, потом поднял блестящие черные глаза на товарища:
– Все, я с ним договорился. Он будет служить тебе, сколько понадобится.
– Хорошо, спасибо. Давай я отвезу тебя на нем обратно. Прокатишься напоследок на своем коне.
С большой осторожностью капитан усадил мальчика на широкую спину. Рат, будто чувствуя, какой хрупкий груз везет на себе, шел медленно, едва покачиваясь из стороны в сторону. Они молча дошли до госпиталя: Рат прядал ушами и мерно ступал, чтобы не доставить боли своему хозяину, Глеб не выпускал из-под ладони смуглую ступню, мысленно прощаясь со своим маленьким другом, а Баро ехал, опустив голову, чтобы скрыть слезы, которые лились из глаз ручьем.
У госпиталя их встретила испуганная Клара Львовна:
– Ох, Баро, ты так меня напугал! Нельзя сбегать из лазарета, ты ведь на лечении. Завтра утром отправят эшелон с ранеными в тыл, тебе надо оформить документы, идем к доктору.
Глеб нежно снял мальчишку с коня, обнял на прощанье и занес в здание госпиталя. Он взобрался на коня и, как учил его цыганенок, приказал:
– Джя!
Рат вскинул большую голову и ударил копытами, соскучившись по скачке. Скакун рванул по весь опор по сельской улице вперед к окраине села. Баро долго провожал взглядом больших черных глаз всадника и жеребца, пока те окончательно не растворились в серых подступающих сумерках.
Пока Рат нес разведчика по проселочным дорогам, тот вспоминал карту местности, пытаясь определить, в какой из населенных пунктов направился офицер Нойман. Он решил объехать передний край деревушек и поселений, которые были расположены ближе остальных к границе двух фронтов. В первый пункт назначения, хутор Добрянка, он въезжал уже затемно. На въезде его не остановил патруль или охрана, военные не стали располагаться в крошечном хуторе в пару десятков домов из-за его удаленности от дорог. Здесь остались лишь местные жители, которые побоялись открывать дверь незнакомцу. В окно или через забор они отвечали Глебу на его вопросы, никто не видел ничего необычного, не приметил чужаков. Разведчик решил пройтись по руинам сожженных и разбитых домов, которые покинули их жильцы. Напоследок капитан решил проверить, не скрывается ли беглец там. Но все было безуспешно, никаких следов человека, только ветер ворошил золу среди развалин. В одном из двориков сохранился сарай, в котором была солома.
Капитан покормил ею Рата.
– Давай жуй. Надо подкрепиться, жуй, Рат, с собой еще наберем для тебя провианта, всю ночь нам с тобой ехать дальше от села к селу, – вполголоса объяснял свой замысел Глеб жеребцу, пока тот шуршал сухими стеблями.
