Оба гранатометчика в «Терминаторе» тоже не сидели сложа руки. Конечно, АГС-17Д стреляли не так эффектно, как спаренные скорострельные пушки, но вот бандеровскую пехоту осколками покрошить – это всегда пожалуйста! На развалинах цеха тут и там вспухли плотные клубящиеся облака разрывов. Наверняка зацепило гранатометчика с РПГ на плече и нескольких стрелков. Да и вообще, когда по тебе лупит на подавление пара автоматических АГС-17Д, не очень-то и побегаешь. А вот наводчик БМПТ «Вежливый» переключился на «нестареющую классику» – пулемет ПКТМ, давая возможность остыть стволам пушек. Длинные очереди танкового пулемета Калашникова свинцовым дождем обрушились на пехоту противника. Бронежилеты от винтовочных пуль спасали, скажем так, не особо…
– «Гладиатор» – «Черному», прием.
– На связи, я – «Гладиатор».
Работаем вместе с командиром штурмовой группы, позывной «Ворон».
– Ха, интересно! «И ворон крикнул: “Быть беде!”» Что ж, поработаем, – филолог лейтенант Середа процитировал знаменитое стихотворение Эдгара Алана По.
– Нужно уничтожить позицию нациков, там у них БМП-2 и «мотолыга» с «Васильком». И пехоты – до хрена!
– Понял, я – «Гладиатор». Выдвигаюсь и прикрываю.
– Работаем по моей команде, я – «Черный», прием.
Боевая машина поддержки танков своими спаренными 30-миллиметровыми пушками в буквальном смысле «прорубила» дорогу танку. Расчет противотанкового «Джавелина» и несколько гранатометчиков-бандеровцев поплатились за излишнюю самонадеянность. Под шквальным огнем «тридцаток» выжить практически невозможно, даже укрытия не помогали – бронебойные снаряды крошили бетонные обломки в щебень, а фугасные – щедро засыпали все острыми раскаленными осколками. Сам «Терминатор» все же получил несколько попаданий из РПГ, но спасла динамическая защита и противокумулятивные решетки.
«Прорыв» вышел на позицию. Развернулась широкая, чуть приплюснутая башня, панорамный прицел вращался, отыскивая цель. Мощная 125-миллиметровая пушка поднялась, отработав заданный угол возвышения.
– «Чеснок», кумулятивным давай! Проломим им амбразуру и добьем осколочно-фугасным. Дистанция – 420, работай, – проинструктировал капитан Чернов.
– «Кумулятив» заряжен, выстрел!
Грохнула танковая пушка, стена цеха окуталась густыми клубами дыма и цементной пыли. Когда она осела, в бетонном массиве зиял солидный пролом, кумулятивная струя не только прожгла преграду, но и привела к обрушению части конструкции. Следующим пошел осколочно-фугасный – в этот раз из глубины цеха через пролом вместе с клубами дыма и пыли выплеснулись и языки пламени, подсветив все зловещим багрово-оранжевым свечением.
– Есть! Цель поражена, наблюдаю детонацию, – отметил капитан Чернов.
– Прямое! – улыбнулся наводчик-оператор Слава Чесноков.
– Теперь бери левее – «на 11 часов», дистанция 760, за завалами. Ориентир – разбитая труба.
– Навелся, готов к работе.
– Заряжай «Айнет» с воздушным подрывом.
– Заряжен.
– Огонь!
– Выстрел!
Осколочно-фугасный снаряд разорвался точно над позицией гусеничного тягача с установленным сверху автоматическим минометом. Сноп осколков и ударная волна расшвыряла расчет, обильно нашинковав его металлом. Легкая броня тягача тоже не смогла защитить от такого сокрушительного удара. Еще одна огневая точка неонацистов замолчала навеки.
– «Черный», «Гладиатор», вы – красавцы! Ювелирная работа, я «Ворон», прием. Дальше – уже мы сами, – оценил удар донецких танкистов командир штурмовой группы «вагнеров».
– Спасибо, как говорится, доброе слово и кошке приятно. Откатываемся, пока украинская «арта» не проснулась…
Русский «Терминатор» постоянно маневрировал, уходя от ответного огня украинских националистов. Механик-водитель за рычагами просто творил чудеса, заставляя 48-тонную махину буквально «танцевать» под обстрелом! Очень выручала мехвода возможность подключаться к панорамному прицелу командира или прицелу наводчика для лучшего обзора. БМПТ уже выдержала четыре попадания из противотанковых гранатометов и пару ударов с квадрокоптеров. Динамическая защита по бортам свисала клочьями с экранов, которые прикрывали ходовую часть. Во лбу корпуса зияли черные от копоти подпалины, где сработали блоки ДЗ, но все же основная броня была не пробита.
– Командир, облучают лазером! Ракета! – в очередной раз выкрикнул наводчик-оператор «Вежливый». И тут же воткнул отстрел дымовых зарядов.
«Туча» сработала штатно, окутав БМПТ плотной белесой пеленой. Механик-водитель успел сдать назад и уйти вправо, развернувшись на пятачке. Вдобавок он включил термодымовую аппаратуру – непосредственный впрыск топлива в выхлопной патрубок двигателя. Боевая машина поддержки танков еще больше окуталась плотной белесой пеленой.
Противотанковая украинская ракета «Стугна-П» шла по сужающейся спирали, и до удара по русскому «Терминатору» ей оставались буквально доли секунды. Но, потеряв лазерное наведение, реактивная смерть резко ушла вверх и в сторону, а потом врезалась в какие-то металлоконструкции и взорвалась.
