Алексей приготовился еще раз повторить фразу про телефон, но в это время сзади подскочил фон Дассель и сильно ударил постового по макушке. Глаза у того закатились, и он молча сполз на землю. Алексей подскочил к будке и рванул на себя стеклянную дверь. Дверь оказалась открыта. Внутри будки сидел второй полицейский, тоже, видимо, медитирующий, потому что он не успел ничего предпринять, чтобы защитить себя или объявить тревогу, а только испуганно хлопал глазами. Ворвавшийся в будку фон Дассель взял полицейского за горло и нажал на какую-то точку. Милиционер закрыл глаза и отключился.
– Ты хоть не убил их? – спросил Алексей рыцаря, когда они бегом возвращались к своей «сломанной» машине. Фон Дассель отрицательно и, кажется, даже с каким-то сожалением, покачал головой. Алексея это обрадовало, потому что никого убивать не хотелось. Напротив, хотелось спасать мир во всем его разнообразии.
Рыцарь резко развернул машину и помчался прямо на шлагбаум. Ба-бах! – И шлагбаум отлетел в сторону, а автомобиль помчался к следующему КПП. Дорога петляла в лесу. У последнего перед КПП поворота фон Дассель притормозил, и Алексей побежал к забору. Фон Дассель же резко набрал скорость и понесся на штурм третьего КПП.
Однако здесь все было сложнее. Лежащие в шахматном порядке большие бетонные блоки не позволяли проскочить это препятствие на скорости. Пришлось сбросить скорость и медленно подъехать к домику охраны, где автомобиль уже поджидали трое бойцов, направившие на бесстрашного рыцаря автоматы.
Фон Дассель вышел из машины и деловито направился к ним, поправляя кобуру большого пистолета, демонстративно висящую у него на поясе.
– Ваш пропуск? – поинтересовался старший.
Рыцарь кивнул и полез за пазуху. В следующую секунду он оказался у старшего за спиной, прижимая к его горлу большой диковинный пистолет. Не растерявшиеся бойцы тут же взяли фон Дасселя на мушку, но стрелять не решались.
Очень скоро стало понятно, почему пистолет в руках пришельца имел такую странную форму. Он стрелял ампулами с небольшой иглой. Ампулы, вонзаясь в тело, мгновенно опорожнялись – по сути, человеку делался укол. Фон Дассель поочередно выстрелил этими ампулами в двоих бойцов, а потом и в старшего. Всем он стрелял в горло. Ампулы действовали мгновенно. Все трое повалились на асфальт. В этот момент из-за поворота показалась патрульная машина, каждые десять минут делавшая объезд второго периметра. Из машины выскочили четыре камуфлированных национальных гвардейца и открыли шквальный огонь по фон Дасселю. Тот еле успел упасть и откатиться в сторону, как пули защелкали по машине, по домику охраны, по железным воротам. Где-то за воротами взвыла сирена. Фон Дассель метнул под ворота гранату. Взрыв разорвал некрепкий китайский металл, и фон Дассель бросился в открывшуюся прореху. На ходу достав из-за пазухи автомат, он начал стрелять перед собой, так как впереди, за деревьями, замаячили силуэты солдат, поднятых по тревоге.
Алексей слышал канонаду настоящего боя, с многочисленными взрывами, пулеметными и автоматными очередями, хаотичными одиночными выстрелами, и понял, что пришло его время. Подбежав к стене, он несколько раз замахнулся «кошкой», приноравливаясь к броску, а потом с силой швырнул трехсторонний железный крюк вверх. «Кошка» перелетела через забор и за что-то надежно зацепилась, Алексей проверил это, повиснув на веревке всем телом. Потом, упираясь ногами в кирпичную стену забора и подтягиваясь на веревке, добрался до верха. Здесь его ждала коварная колючая проволока «Егоза». Алексей взял ножницы и начал разрезать сложные, напутанные зазубренные кольца, расчищая себе дорогу через забор. Вскоре проволока перестала ему мешать, и Алексей оказался с противоположной стороны забора. Прыгая, Алексей упал и несколько раз перекатился по земле.
– Не дело это, Алексей Константинович, ох не дело, – раздался насмешливый голос.
Алексей поднял взгляд и увидел генерала Верхотурова, который стоял в окружении нескольких офицеров в камуфляже. Впереди него изготовились к бою десяток автоматчиков в круглых шлемах-сферах. Неподалеку терлись Иван Иванович и еще какой-то лысоватый мужик в штатском. Алексей сунул руку в карман, нащупывая пистолет, который дал ему фон Дассель.
– Стрелять не советую, – раздался мягкий голос Ивана Ивановича, с трудом различимого за спинами автоматчиков. – Ребятки в добротных кевларовых бронежилетах и имеют приказ в случае сопротивления открывать огонь на поражение, так что толку от твоих потуг будет ноль, а здоровье они тебе сильно расшатают.
– Так что лучше оружие положить на землю и побыстрее, – продолжил стоящий рядом с ним генерал Верхотуров. – Ну и сам следом за ним, то бишь руки за голову и мордой в землю. Словом, будь послушным малышом, и тебе это непременно зачтется.
– Что же ты натворил, Алеша? – грустно осведомился Иван Иванович. – Чем, спрашивается, тебя наш коллектив не устраивал, чем мы тебя обидели? Зачем же ты так?
