«Тебе не по себе, солдат? Что, мать твою, значит „не по себе“? Ты что, распустил нюни?» «Никак нет, сэр, не распустил».
Еще не поздно изменить план. Есть и другие возможности. Полно других возможностей.
И снова Стивен думал о Джоди. О том, что он ему сказал. Черт побери, быть может, они действительно
Они пойдут в кафе. Все будет как тогда, когда Стивен разговаривал с Шейлой, но только на этот раз это будет по-настоящему. И он будет пить не похожий на мочу чай, а кофе, черный кофе без молока, такой, какой варила по утрам для отчима Стивена его мать: вода кипит ключом ровно шестьдесят секунд, строго две и три четверти чайных ложек на чашку, ни
А почему они не смогут отправиться на охоту, на рыбалку?
Посидеть вечером у костра…
Можно позвонить Джоди и отменить задание. Он расправится с Женой и Другом сам, без посторонней помощи.
«Солдат, отменить задание? О чем ты
«Сэр, я только рассматриваю все особенности предстоящего нападения, как меня учили».
Выйдя из автобуса, Стивен прошмыгнул в переулок за пожарной частью на Лексингтон-авеню. Засунув сумку за мусорный бак, он достал из-за пазухи из ножен нож.
Джоди, Джо Ди…
Стивен снова мысленно представил тонкие руки, взгляд…
Вдруг Стивен поежился. Как тот раз в Боснии, когда ему пришлось прыгать в ручей, чтобы не быть схваченным повстанцами. Дело было в марте, и вода оказалась ледяной.
Закрыв глаза, он прижался щекой к кирпичной стене, вдыхая запах влажного камня.
Джоди…
«Солдат, мать твою, что здесь происходит?»
«Сэр, я…»
«Сэр… э…»
«Ну, вываливай! Живо, солдат!»
«Сэр, я пришел к заключению, что противник предпринял попытку психологической войны. Попытка оказалась неудачной, сэр. Я готов действовать согласно намеченному плану».
«Отлично, солдат. Но смотри, чтобы больше никаких „не по себе!“»
Открыв заднюю дверь пожарной части и проскользнув внутрь, Стивен понял, что изменения планов не будет. Замысел великолепен, и нельзя отказываться от него, особенно поскольку существует возможность расправиться не только с Женой и Другом, но заодно и с Линкольном-Червем и рыжеволосой полицейской.
Стивен сверился с часами. Джоди займет позицию через пятнадцать минут. Он позвонит Стивену. Стивен ответит и в последний раз услышит его высокий голос.
А затем нажмет клавишу передачи, и произойдет взрыв двенадцати унций циклонита, запрятанных в телефон Джоди.
Отвлечь внимание… изолировать… уничтожить…
У него действительно нет выбора.
К тому же, подумал Стивен, о чем им говорить? Что делать после того, как они допьют кофе?
Со способностью соколов заниматься воздушной акробатикой и совершать обманные движения сравнится только клоунада воронов; но те, создается впечатление, летают просто для того, чтобы получать от этого дьявольское наслаждение.
Ожидание.
Райм остался один. Лежа в своей кровати, он слушал переговоры на полицейской частоте. Криминалист смертельно устал. Миновал уже воскресный полдень, а он еще практически не спал. Но больше всего его вымотал непрерывный поединок умов с Танцором. Этот поединок истощил не только эмоциональные, но и физические силы Райма.
Купер остался внизу в лаборатории. Он проводил эксперименты, призванные подтвердить предположения Райма относительно последних планов Танцора. Все остальные, в том числе и Амелия Сакс, уехали в охраняемый дом. Как только криминалист, Селитто и Деллрей решили, как противодействовать следующему шагу Танцора, Том измерил Райму давление и с родительской беспрекословностью настоял на том, чтобы шеф лег в кровать, не принимая никаких возражений. В лифте Райм непривычно для себя молчал, с тревогой гадая, верны ли его предположения.
— Что-нибудь случилось? — спросил Том.
— Ничего. А что?
— Вы ни на что не жалуетесь. Не ворчите и не ругаетесь, а это значит, что-то не в порядке.
— Ха! Очень забавно, — буркнул Райм.
Том перенес его в кровать, выполнил гигиенические процедуры, а затем удалился, оставив криминалиста одного. Перед уходом Том надел ему на голову наушники с микрофоном, и несмотря на усталость Райм проделал сложную процедуру, голосом заставив компьютер настроиться на полицейскую частоту.
