Я приглашаю его войти, судорожно соображая, зачем он явился. Мы никогда не были близки. Ему всегда не было до меня дела. Постоянно чем-то занят, я его всегда раздражал. Тем, что был неусидчивым, любознательным и постоянно везде лез. Мама называла меня «Мистер запасная голова». На подбородке у меня два шрама, один – я ударился о подоконник, второй – о металлический ящик. Кровища хлестала дальше, чем я видел. Как-то я проглотил монетку, и меня срочно госпитализировали. Папа много работал, и не хотел отвлекаться на такие мелочи, как единственный сын. С мамой была совсем другая история. Она, наоборот, была как курица-наседка, что не уберегало меня от приключений.
– Что случилось?
– Мне позвонил Дмитрий. Отец Василины. Девочка беременна от тебя.
– И что? – недоуменно смотрю на него. – Мы не в отношениях, я ее не люблю.
– А когда трахал – любил?
– А ты всех любил, кого трахал? – парирую я, сжимая зубы. Нашелся тот, кто будет меня уму разуму учить. Изменял маме всю жизнь, сейчас с какой-то бабой живет, моя ровесница.
– По крайней мере, у меня детей на стороне нет. Об этом я всегда заботился.
– И дальше что?
– А то, мой милый Егорушка, если ты не женишься на ней, Ерофеев разрывает с нами все договора аренды. А их, если ты не забыл, пять из шести центров! Площади принадлежат ему, и что мы будем делать?
– Он не может просто так расторгнуть договор аренды, папа! – ощущаю липкий холодок по спине. – У нас долгосрочный контракт!
– Скажи еще, что регистрация в Росреестре нас от чего-то защитит! – фыркает отец.
– Ну да. Иначе, зачем это все?
– Он готов выплатить миллионную неустойку, ему похуй!
– Пусть платит! – пожимаю я плечами.
– А оборудование ты куда повезешь? Помещения найдешь? Нам ведь не двадцать метров надо! Бассейн и систему фильтрации воды? Мы по миру пойдем, Егор!
– Так это шантаж, папа!
– Да мне похуй. Я хочу, чтобы было все как раньше. Что ты уперся? Женишься и гуляй себе на все четыре стороны без палева. Девушка твоя, если любит, то поймет. А если нет – то на хуй такая не нужна.
Внутри меня поднимается волна негодования. Жениться на Василине, и трахать на стороне Кисулю? Что за бред!
– Я не собираюсь на ней жениться, папа! Если тебе так надо – женись сам. Может, и ребенок не мой вовсе?
– Она готова сделать тест и доказать свою правоту.
– Зачем ей жить с человеком, который ее не любит? И рожать ребенка, которого никто не планировал?
– Мать ведь твоя жила всю жизнь. К старости только поумнела. На развод собралась подавать, прикинь? – хохочет он.
А мне совершенно не до смеха.
– Мамочка! – кидаюсь ей на шею. С Нового года не виделись. Осматриваю ее. Совсем не изменилась: такая же стройная и собранная, нос сгорел, видимо, копалась в огороде.
– Санек! – крепко обнимает меня в ответ, носом шмыгает. Расчувствовалась, в уголках глаз блестят слезинки. – Взрослая совсем стала, красивая! Девочка моя!
– Привет, Шурик! – буркает Димка. Вымахал как конь, лоб в прыщах, переходный возраст в разгаре.
– Привет! – заключаю его в объятия, он нехотя дается, и отстраняется. – Капец ты стал! Как телевышка.
– Сама такая! А ты че там отощала совсем, не кормят?
– Дима, блин! Сестру столько не видел, не стыдно? – корит мама. В ответ он вздыхает, и закатывает глаза.
Они встретили меня на вокзале, машины у нас нет, едем в родной город на маршрутке. За час добираемся до дома, бесконечно болтая с мамой. Дима отмалчивается. Впрочем, как всегда.
– Как школа? – весело интересуюсь я. Написала Егору, что добралась, в ответ пока ничего.
– Ой, сжег бы ее кто-нибудь!
– Это ты еще экзамены не сдавал! В следующем году самая жесть начнется!
– Шура, не надо мне этого. Не порти настроение! – морщится он, заныривая в телефон. Краем глаза вижу, что чатится с какой-то девочкой.
– Подруга? – киваю на сотовый.
– Тебе какой дело? – краснеет брат, и убирает его в карман джинсов. – Мам, я ведь могу щас погулять? Сашка только через две недели уедет. Еще надоест.
– Не стыдно? – хмурится мама. – Это же родная кровь.
– Ой, мам. Да пусть идет. Мы посплетничаем!
Мама приготовила мои любимые голубцы и жаркое со свининой. Налопавшись, я едва дышу.
– Вообще не пп, мам! – хохочу я, отодвигая тарелку.
– Какое пп?
– Правильное питание! Я ведь тренер и должна правильно питаться.
– Ой, вот в общагу вернешься и с хлеба на воду будешь опять перебиваться на своем «пэпэ№№. А дома – наедайся себе. Какие планы?
– Ты же в отпуске? Можем на пруд сходить искупаться, жара такая.
– В огороде поможешь мне?
Я осматриваю свой маникюр белого цвета, который сделала перед отъездом, и обреченно вздыхаю.
– Конечно, мамуль. Позагораю хоть.
– Вот и отлично! Завтра с утра и рванем.
Я смеюсь про себя. Рванем – не то слово. Скорее, поползем.
– С девчонками из класса хотела встретиться еще, потусить сходить.
– Портнову вот видела, на днях. Она из Москвы приехала. И Ржевская тоже здесь.
Мама, как справочник. Всегда в курсе всех передвижений соседей. В этом плюсы и минусы жизни в маленьком городе.
– Димка с кем общается?
– Варвара Черноскутова. Ее брат, Денис, в твоей параллели учился.