– Дайте мне посмотреть! – говорит отец и забирает у Василины результаты. – Действительно. Здесь выходит, что Егор не отец Гордея. Как такое может быть?
– Мы проходили чек-ап. И выяснилось, что у Гордея группа крови ниже, чем у меня и Васи. В генетике такого быть не может. Разумеется, я сделал свой тест ДНК в независимой лаборатории. Дважды ошибки быть не может! А где вы взяли тот результат, Василина, большой вопрос! – уперевшись руками в стол, кричу я. – Что ты молчишь?
Она смотрит на меня слепым взглядом и беззвучно ревет. Лицо ее мерзко кривится и планку у меня срывает окончательно, я начинаю крушить все вокруг. На пол летит дорогая посуда с едой, скатерть, стулья.
– Вы за все ответите! За все! Вы жизнь мне сломали. Ненавижу!
– Успокойся! – кричит мама. – Коля, сделай что-нибудь!
Папа хватает меня со спины и крепко прижимает к себе.
– Выдыхай, Егор! Иди умойся! Ребенка разбудишь! – твердо говорит он. – Истерика сейчас ни к чему. Нам всем надо поговорить.
– Я вас всех ненавижу! – шиплю, и выворачиваюсь из его сильных рук. Иду в ванную, и включаю ледяную воду. Смотрю на себя в зеркало. Глаза бешеные, капилляры полопались от злости, волосы всклокочены. Умываю лицо и выдыхаю. Хочется выть и стонать от правды, которую я узнал. Это лютейший пиздец. Как так можно вообще? Это всего лишь деньги! Пусть и очень большие, но сраные, вонючие деньги! О чем мне разговаривать с этими предателями? Все заодно. Даже мои родные мать и отец.
– Егор! – стучит мама в дверь, – у тебя все в порядке?
– Иду уже! – вытираю лицо и выхожу к ней.
– Я ничего не знала, клянусь! – шепчет она.
– Пойдем за стол! – командую я и возвращаюсь за гостиную. Как будто со стороны вижу постановку Гоголя. Валяющаяся мебель, разбитые тарелки и стаканы, месиво из салатов и нарезок. Сидящие с тупыми рожами «родственники» и я, стоящий посреди всего этого хаоса. Воздуха не хватает, кислород как раскаленный газ, горло царапает, жжет в районе солнечного сплетения.
– Успокоился? – спрашивает отец.
– Ребенок чей? – с прищуром смотрю на Васю.
Она в замешательстве поворачивает голову к отцу.
– Пап? Как такое может быть? – тихо шелестит.
Он шумно втягивает воздух, словно готовится к прыжку с десятиметровой вышки.
– Это я. Я подменил результаты. Заплатит круглую сумму администратору, и она подделала результат! – наконец, признается он.
– Как? – зажимает рукой рот Василина. – Гордей от Мити? Папа! Ты с ума сошел!
Я сажусь на стул и ржу как сумасшедший.
– Ебать ты, милая! Не знает от кого родила. С члена на член прыгала, не предохраняясь. Гордость семьи!
– Прекрати! – визжит она как поросенок. – Для меня это такой же шок, как и для тебя!
– Ты че, вообще охуел? – отец поднимается и с правой ударяет тестя прямо в челюсть. Мама кричит, завязывается потасовка, в которой я не участвую. Просто сижу и наблюдаю за всем этим действом.
– А что мне было делать? – хрипит Дмитрий Иванович, потирая челюсть. – Этот Митя – с голой жопой, на хер такого вообще?
– Это мой сын! Мой! Какое право ты имеешь решать, кто как будет жить? – рычит мой отец, хватая его за грудки и брызгая слюной.
Мама и Василина пытаются их растащить, но силы явно не равны. Дмитрий Иванович отталкивает отца, и все вместе валятся на пол.
– Так, стоп! – резко срываюсь со стула, и одномоментно растаскиваю всех по разным сторонам стола. Вляпываюсь при этом в Оливье, но совершенно этого не замечаю. – Надо выпить и успокоиться. Иначе, мы все друг друга переубиваем!
– Да! – поддерживает мама. – Отличная идея!
– Разговор предстоит мужской, идите в другую комнату!
– Но Егор!
– Съебалась на хуй отсюда! – яростно шепчу я Васе.
Она затыкается, и в слезах убегает из гостиной, мама за ней.
– А теперь по порядку, Дмитрий Иванович! – перевожу на него взгляд. Он будто становится значительно меньше, от спеси не осталось и следа. Мужчина словно постарел и резко осунулся.
Новый год мы отлично и весело отмечаем скромной компанией. Дима, как только куранты отбили двенадцать, тут же сматывается к друзьям и своей любимой Варваре. А мы идем смотреть из окна соседские фейерверки. Таюша впервые не спит в такое позднее время и пугается залпов.
Егор сошел с ума и прислал ей шикарный домик Лол с куклами, он стоит целое состояние. Как бы я не хотела, но придется принять во внимание то, что он пытается наладить отношения. Пишет мне периодически, спрашивает о дочке. В глубине души, я надеюсь, что все это временно и он снова пропадет. Но искренне ли я хочу этого? Не знаю, честно.
От шампанского я становлюсь немного легкомысленной, и зачем-то отправляю совместное фото. Его же пересылаю Косте. Он вышел на связь только ближе к пяти вечера. Охал, что раскалывается голова, перебрал вчера в баре. Я слегка напряглась при упоминании об Аглае, но он сказал, что они практически не общались и он очень соскучился. А соскучилась ли я?