Из-за проблем со здоровьем, лечащий врач бабушки посоветовал свозит ее в оздоровительный санаторий, про чудесную лечебную программу которой ходят правдивые слухи. Но загвоздка была в том, что это удовольствие было не из дешевых.
— Господи, Адель, кто же это нам все прислал? — бабушка растеряно садится на диван, вновь и вновь вчитываясь в путевку.
— Тимур. Тот самый Тимур.
На следующий день, у самого входа в клуб я встретила Розу, и мы вместе шли к гримерке, попивая ароматный кофе в стаканчиках. Пить кофе с карамельным сиропом поздно ночью перед работой — думаю, эта традиция войдет у нас в привычку. Клуб пустовал, потому что я не рассчитала время и приехала раньше, а Роза из-за нежелания ехать на общественном транспорте, попросила Данила подбросить ее на час раньше.
Подруга рассказывала, что они с парнем собираются уехать на дачу к родителям, поэтому придется просить дополнительные выходные у Эрика. В самом начале коридора мы услышали громкие женские крики и мужские возгласы, доносящиеся из нашей гримерки. Дверь была открыта и мы, даже не задумываясь, толкнули ее. В комнате была Энжел вместе со своим другом барменом.
— Успокойся! У меня больше ничего нет! Я говорил тебе завязать, ты меня не послушала! — блондин громко кричал, бурно жестикулируя руками.
— Мне надо… Черт, мне очень надо! Найди хотя бы немного, черт тебя дери!
В этот момент Энжел заметила нас и обернулась. Мои колени начали подкашиваться от ее вида, и я буквально потеряла дар речи. Выглядела она, мягко говоря, ужасно. Волосы были растрепаны и торчали в разные стороны, будто их не расчесывали уже несколько дней подряд. На ней была растянутая майка, неизменные темные джинсы и высокие каблуки. Глаза красные и блуждающие, ее взгляд метался по всей комнате, а зрачок расширен до того, что касался радужки. Энжел лихорадочно чесала свои руки, на которых уже образовались красные линий от ногтей.
— Че уставились? — Энжел рявкает и дергается, когда мы продолжаем стоять в недоумевающем изумлении. — Хватит на меня так смотреть, оборванка.
В это мгновение к нам сзади подходит Эрик и тоже концентрирует свое внимание на происходящей сцене.
— Поезжай домой, проспись, — напоследок бросает бармен и уже собирается уходить.
— Неееет, — Энжел начинает нервозно трясти головой. И только сейчас, в ярком свете ламп я замечаю, что она вся покрыта испаринами холодного пота. Энжел трясет, словно у нее лихорадка. — Мне надо, я не могу уже, мне надо.
— Так, дорогуша, посмотри ка на меня, — Эрик протискивается между нами, подходит к трясущейся девушке, обхватывает руками ее лицо, заставляя посмотреть в глаза. Энжел сразу же начинает вырываться и кричать, царапая острыми ногтями руки Эрика. — Все ясно. Уведи ее быстро! И чтобы она доехала до дома в целости и сохранности. Я знаю, что вы вместе этим занимаетесь! — в этот раз Эрик уже обращался к высокому блондину.
Бармен берет девушку под руку и выводит ее из комнаты на дрожащих ногах. Пока эти двое пытались добраться до выхода, до нас доносились громкие возгласы протеста Энжел.
— Что это было? — я, наконец, решаюсь заговорить и ставлю остывший кофе на стол.
— У Энжел ломка. И выглядит это отвратительно, — Роза кладет на столик свою сумку и начинает доставать оттуда косметику. — Вчера Луиза мне сказала, что Эрик спалил ее перед выступлением нюхающей порошок в туалете. И она была вместе с этим барменом.
И тут пазл в моей голове складывается в ясную картину. Как я могла раньше не догадаться? Кто еще меня ненавидит так сильно, как Энжел? Вот кто подсыпал мне наркотики в алкоголь.
Я, все еще пребывая в неподдельном шоке, собираюсь озвучить свою мысль подруге, но она, словно прочитав все мои мысли, опережает:
— Твою мать… Думаешь, это Энжел накачала тебя наркотиками?
— Есть еще варианты, кто это мог быть?
— А ты знаешь, я ведь вчера думала об этом, когда узнала об ее зависимости. Черт, так низко она еще не падала.
— Это уже слишком. Из-за нее могла случиться непоправимое, — в голове вспышками появляются дурные мысли об исходе того вечера.
— Ей уже знатно досталось, ты видела ее сегодня? Выглядела как настоящая оборванка, — Роза делает заметный акцент на последнем слове.
Всю ночь я думала об произошедшем. На какие ужасные и гнусные поступки способен человек, покоренный завистью. И из-за чего? Из-за того, что я заняла ее место на главной сцене? Из-за того, что я сама того не желая, привлекла внимание Тимура? Из-за того, что я вообще появилась в этом клубе? Меня могли изнасиловать, убить… Тогда я совсем не контролировала свои слова, действия и поступки. И Энжел совсем не отдавала себе отчет о возможных последствиях своего низкого поступка.
Сегодня я совсем не видела Тимура, его не было ни в кабинете, ни в VIPе. Он так и не позвонил после нашего свидания в ресторане. Удивляюсь самой себе, но я поймала себя на мысли, что ждала его звонка. Много что поменялась в моем отношении к нему, и кажется, я его уже не ненавижу.
