Этот спор продолжался уже час. Придя в комнату и торжественно пообещав подозрительно прищурившемуся Дантариэлю никуда не выходить, я первым делом решила вымыть свалившуюся на мою голову Хранительницу тайн. (Еще не известно что она могла подцепить за три тысячи лет!) Что тут началось! Как оказалось, этот милый пушистик до ужаса боится воды. Я пол часа гонялась за этой паразиткой по комнате, перевернув все с ног на голову. В результате, вся красная, взлохмаченная и взмыленная, я оказалась стоящей на четвереньках перед шкафом, под который благополучно забралась Рина.
— Это совсем не больно. — Я не отчаивалась.
— Не вылезу!
— Ну Риночка, ты же такая хорошая, красивая, а когда вымоешься, будешь просто прелесть.
— Что ж тогда сама не помоешься, раз так помогает?
Нет, она еще и издевается!
А ну немедленно вылезай, хвостатая! — поняв, что лестью ее не возьмешь, я решительно запустила руки под шкаф. Уй, зараза!
— Пусти! Не хочу! Лю-у-у-ди, помоги-и-ите! Убива… Бульк…
Я с непередаваемым наслаждением опустила несносную кошку под воду, наблюдая, как прозрачная водица медленно окрашивается в розовый цвет. Все-таки знатно она мне руки расцарапала, качественно. По воде судорожно зашлепал мокрый хвост, привлекая мое внимание к своей хозяйке. Нда… Все-таки жизнь прекрасна! Особенно когда смотришь в такие выпученные глаза, полные смертельной паники. Я злая? Я злая. Но ведь и ее предупреждали, что меня лучше не доводить. Хвост задергался с удвоенной скоростью, грозя отвалиться, а в мои ладони, прижимающие брюшко кошки ко дну ванны, впились острейшие когти. Прямо в старые ранки. Гадина!
— Кхе…Кхе… Ты… Ты! — забившись в дальний угол ванной комнаты, на меня обвиняющее уставился мокрый черный комок шерсти.
— Я, я, я. — Я согласно закивала головой, залечивая кровоточащие полосы на руках и отвечая не менее обвиняющим взглядом.
— Ты пыталась меня убить!
— Когда? — я даже растерялась от такого наговора.
— Только что, вот в этом орудии пыток! — Рина с паникой посмотрела на ванну. И чем она ей так не угодила?
— Это называется "мыться".
— Это называется "топить"!
— Если бы ты не вырывалась, все было бы совершенно по-другому. — Я пожала плечами.
— Ага, Грань и белые тапочки.
Нет, ну что за язва?
— А причем тут тапочки? — я заинтересованно подалась вперед, не забыв захватить с собой огромное полотенце. Два полотенца, так как я тоже, благодаря стараниям одной особы, вымокла до нитки.
— Не знаю, — сев на задние лапки, Рина мечтательно замурчала. — Просто мне всегда хотелось именно тапочки, и именно белые. Ведь кто знает, как там, на Грани?
— Бело, ничего не видно и спокойно. — Пробурчав собственные впечатления от этого места, я подошла к кошке, заворачивая ее совершенно послушную тушку в полотенце. И чего это она притихла? Даже страшно как-то…
— Ты была на Грани?! — сказано это было с таким суеверные ужасом, что я невольно поморщилась. Ну почему все именно так реагируют?!
— Была, и не раз, так что могу точно сказать, что тапочки там тебе не пригодятся.
На некоторое время стало тихо. Вытерев Рину, отчего она стала похожа на взъерошенную, облезлую и мокрую мышь, я зашла в ванную и протерла огромные лужицы, оставшиеся после купания все тем же полотенцем, оставшимся от кошки. Вода уже поменялась (я до сих пор не разобрала, как это происходит) и теперь маняще блестела на солнышки, чьи лучи пробивались сквозь распахнутое окно. Быть или не быть? Эх… Не долго думая, я мигом разделась и залезла в воду, отстраняясь от окружающей действительности. Хорошо-то как…
— Кхм… - со стороны распахнутой двери донеслось деликатное покашливание.
— Чего тебе? — я даже не соизволила открыть глаза.
— Э… А как тебя зовут?
Нет, честное слово, я умилилась. Сначала правит силой, потом обливает с ног до головы, руки раздирает в кровь, а уже после всего этого мило так спрашивает, как меня зовут. Идиотизм. Ради такого своеобразного знакомства, я даже немного привстала и посмотрела на нерешительно мнущуюся у порога кошку.
— Рианоэль, но все зовут меня просто Эль.
— Танцующая со Смертью? — во взгляде кошары промелькнула жалость. Опять какую-нибудь гадость скажет. — Это кто ж из родителей тебя так не любит?
Ну вот, я же говорила.
— Слушай, не нарывалась бы ты киса, я ведь в запале, и убить могу.
— Меня?! — Кажется, она была поражена до глубины души. А кто говорил, что будет легко?
— Ничего личного, простая констатация факта.
— Но…
— Послушай, дай мне спокойно помыться, а?
— Ладно, я просто хотела познакомиться. — Рина обиженно фыркнула. — А то как-то неудобно получается: я не знаю имени собственной хозяйки.
— Кстати, о хозяйке, — я мгновенно встрепенулась, вспомнив о незаконченном разговоре. — Что ты там говорила о помощи?
— Ну… — она замялась.
— Очень многообещающее начало.
— Тебе же нужны были книги из библиотеки? — я кивнула. — Ну так я знаю их все, причем наизусть.
— Ты же сама говорила, что ничего мне не расскажешь, даже если я попрошу. — Выбравшись из воды, я завернулась в пушистое полотенце, и направились в комнату.
