— Вот именно, странно что ты отделалась лишь легким испугом. Как ты себя чувствуешь? — Приблизившись, Дантариэль обеспокоенно заглянул мне в глаза, видимо ища во взгляде что-то, что могло его обеспокоить. Это продолжалось несколько секунд, после чего он, успокоившись, отступил.
— Со мной все в порядке, ничего подобного тому, что описал Крил, я не почувствовала.
— Может, пройдем внутрь? — Марриэр приглашающее указал на школу, даже не скрывая заинтересованности во взгляде.
— Конечно.
Херроуш-Вил оказался самым любопытным местом, где мне только приходилось бывать. Воздушной и неукрепленной здание казалось лишь издалека, теперь же, идя по бесконечным лабиринтам коридоров, я все больше убеждалась, что создавали его на совесть. Каждый камень, каждая дверь этого сооружения была пропитана силой и мощью, которая смогла бы удержать в стенах школы сотню даже самых могучих по силе моей расы, а тут дети… Я невольно представила, что может нас здесь ожидать и… И решила не думать об этом, чтобы не паниковать и не считать монстрами тех, кому должна была помочь.
— Думаю, здесь нам будет удобнее всего, — открыв перед нами дверь, Марриэр ободряюще мне улыбнулся. Кажется, мне следует скрывать эмоции более умело. — Все не так плохо, как о нас говорят люди, девочка. Да, эти дети сильны, но им сейчас очень плохо и я уверен, что никто не станет причинять боль тебе, ведь ты пришла помочь.
— Знаю, просто немого не по себе, — я заставила себя выдавить улыбку. — Вы не против, если я немного пройдусь?
— Не думаю, что это будет хорошей идеей. — Дан нахмурился.
— Я ненадолго, просто… — Мне хотелось на некоторое время побыть одной и почувствовать это место, но никому из присутствующих я этого говорить не хотела, заранее зная их ответ. Поэтому пришлось срочно что-нибудь придумывать. — Марриэр, вы не подскажите, где я могла бы немного освежиться? — для убедительности, я опустила глаза и улыбнулась, что должно было выражать легкое смущение. Хоть бы получилось!
— Э… Конечно, — мужчина понимающе кивнул. — Прямо за поворотом самая первая дверь.
— Я провожу.
— Дан, — тяжело вздохнув, я посмотрела на самого красивого, но в то же время и самого упрямого из встреченных мною принцев. — Думаю, до уборной я вполне смогу дойти и сама.
Развернувшись, я вышла в коридор, искренне желая, чтобы он за мной не увязался. Прошла минута, вторая, а шагов я так и не услышала. Отлично! Так, и что это у нас тут? Полностью отдавшись чувствам, я начала бродить по замку, то удивляясь, то улыбаясь, то до дрожи в коленках пугаясь увиденного. Здание было живое, оно оказалось словно сотканным из нитей силы, оберегающих своих чад. Где-то нитей было больше, видимо именно там, где и находились дети, где-то меньше, однако все смотрелось так органично, что я на секунду позволила себе расслабиться. Но лишь на секунду.
— Тетя? — Остановившись, как вкопанная, я уставилась на появившегося посреди коридора, словно ниоткуда, малыша. — Тетя, а ты кто?
— Привет, — не зная, что делать, я улыбнулась и присела на корточки, чтобы его личико оказалось на уровне с моим лицом. — Меня зовут Эль, и я пришла, чтобы тебе помочь. Ты ведь хочешь вылечится?
— А ты, правда, сможешь? — мальчик недоверчиво нахмурился, отчего на его лобике образовалась морщинка.
— Я буду стараться изо всех сил.
Решив, что так будет удобнее, я уселась прямо на пол, подобрав под себя ноги, и внимательно посмотрела на малыша. Совсем маленький, даже младше Ланы, с огромными голубыми глазами и темно-русыми чуть вьющимися волосами, мальчик очаровывал сразу, но не это меня интересовало сейчас, больше всего, а огромный клубок тьмы, сгустившийся вокруг маленького сердечка и причиняющий ему боль.
— Как тебя зовут?
— Руперт, тетя Эль. — Подойдя ближе, он доверчиво уселся ко мне на колени, прижавшись, как котенок. Боги, до чего же им тут плохо! Сердце предательски сжалось от невыносимой тоски. Я должна помочь, я смогу.
— Закрой глазки, Руперт, и ничего не бойся. Все будет хорошо, я обещаю.
— Хорошо, — малыш улыбнулся. — Я вам верю.
Верит… Это маленькое сердечко, только начавшее познавать мир, вверило мне свою жизнь. Боги, как же это тяжело. Но я не имею права отказаться. Закрыв глаза, я выпустила на свободу уже давно бьющуюся в груди силу, направив ее на уничтожение того зла, что мучает ребенка лишь в самый последний момент исправив ее назначение на защиту жизни малыша. Как тогда, на озере, когда я смога излечить Ролану. Перед глазами все поплыло и, если бы я стояла, то давно бы уже упала, но ничего для меня сейчас не было важнее, чем лицо Руперта, на глазах светлеющее от облегчения, чем его щечек, наливающихся румянцем и радостно заблестевших глаз.
— Спасибо.
Спасибо… Как же может согреть всего одно слово, сказанное от души. Теперь можно и отдохнуть… Улыбнувшись мальчику, я, наконец-то погрузилась в сладостную тьму.
