– Первый раз случайно. И как же я был удивлен! Две потрясающе красивые девушки спят отдельно от своих мужей! – Он остановился, освобождая ее от дальнейшей необходимости испытывать неловкость, но через некоторое время добавил: – Могу сказать, мне было любопытно, потому что в тот момент у меня еще не возникло ассоциаций между этими обстоятельствами и запретом на присутствие здесь холостяков. Однако после я сознательно наблюдал за вами несколько ночей подряд. И меня осенило. На самом деле письмо не сказало мне ничего такого, до чего я сам уже не додумался.
– Ты собираешься на нас донести? – Странно, но чувства Джейн были неоднозначны. Она страстно желала вернуться домой, но в то же время, почти не дыша, ждала его ответа. И знала, какой ответ хочет услышать…
– Конечно же нет. – Он сделал паузу, улыбка не сходила с его губ. – Видишь ли, я последний человек, кто хочет, чтобы вас отправили домой.
– Да?
– Ты разве не догадалась? Я просто влюблен в Паулину.
Она с изумлением уставилась на него.
– Как же все запуталось! – воскликнула она. – Тим, ты даже не представляешь, какая неразбериха получается, когда начинаешь лгать. Я всем сердцем хотела бы, чтобы мы не присутствовали на той лекции.
Он нахмурился, выражение его лица стало вдруг обеспокоенным.
– Это довольно странно, Джейн. Что-то не так? Нет никакой опасности, что доктор Валлас обнаружит правду. Я уже говорил тебе это.
Было ли что-то не так? Как мало он знал! Ее беспокоил не страх разоблачения.
– Почему ты пришел ко мне? – поинтересовалась она наконец.
– Потому что ты дружишь с Паулиной, и я хотел узнать, не обручена ли она с кем-то или о ее привязанности к кому-нибудь. Должен признаться, я решил, что вряд ли, так как ни один жених или любимый человек не позволил бы ей вот так уехать одной. Я знаю, что Стюарт твой жених, так как это упоминалось в письме, и я также в курсе, что Гай твой брат. Я наблюдал за Паулиной и Гаем, и совершенно ясно, что в этом смысле мне волноваться не о чем. Есть ли у нее любимый человек? – повторил он.
Джейн удрученно молчала. Ответ на этот вопрос был проблемой. У Паулины действительно был любимый человек, – в определенном смысле слова, – но Джейн не намеревалась упоминать доктора Валласа.
– Она не помолвлена, – пробормотала девушка наконец. – И дома у нее нет близкого друга – исключая случайных друзей, которые сопровождают ее на танцы.
– Тогда нет никаких препятствий для того, чтобы я ухаживал за ней, если она позволит мне.
Тим ликовал, и сердце Джейн болело за него. Он был очень хорошим парнем. Тима нельзя было назвать красивым, но честное и доброе лицо, очевидная искренность и надежность привлекли бы любую девушку. Что она могла сказать? Пока она подбирала слова, он вдруг спросил:
– Что ты имела в виду, когда сказала «дома»?
Дома? Джейн была в таком смятении, что не поняла, о чем он говорит.
– Ты только сейчас говорила, что у нее никого нет дома.
Почему у нее вырвалась эта глупость?! Путаясь в словах, Джейн ответила первое, что пришло в голову:
– Она могла влюбиться в кого-нибудь здесь.
– Здесь? – Он выглядел изумленным. – Каким образом? Здесь никого нет. Я единственный холостяк на раскопках, кроме Стюарта, Гая… и доктора Валласа, – добавил он, начиная догадываться.
– Да… здесь никого нет… как ты и говоришь. – Она говорила медленно, нерешительно, чувствуя свою вину. Она не могла сказать Тиму все, но, с другой стороны, как же тогда она могла не предупредить его? Имя слетело у нее с губ: – Доктор Валлас, – но она тотчас же остановилась. Она не могла озвучить свои подозрения. Во-первых, у нее не было прямых доказательств тому, что Паулина влюблена в этого человека, – никаких прямых доказательств, только ее женская интуиция.
– Доктор Валлас? – Тим откинул назад голову и расхохотался. – Я вижу, ты романтик. Так как они работают вместе, ты решила, что они уже пара. Как это по-женски! – Он опять расхохотался, будто то была уморительная шутка. – Доктор Валлас не из тех, кто женится, это во-первых.
– Не из тех?
– Он достиг тридцатипятилетнего возраста, ни разу не имея серьезных отношений. У него были случайные… м-м-м… друзья по подушке, как их здесь называют, но ничего, отдаленно напоминающего серьезный роман. Он женат на своей работе и так будет продолжаться до тех пор, пока он не превратится в дряхлого девяностолетнего старика!
