– О, дорогой, я не слышала, как ты подошел. Ты хорошо выспался?
Мельком взглянув в сторону Натана, она увидела, что он отошел к окну.
– Кори проголодался, – объявил мальчик.
Сюзанна подняла голову в тот момент, когда Натан обернулся. Их взгляды встретились. «И мама тоже», – подумала Сюзанна, не зная, переживет ли она вечеринку.
Ветер разносил обрывки песенки «Коричневый горшочек» на мили вокруг, далеко от ранчо Стедерсонов. Повозка, нанятая Натаном, подпрыгивала на колдобинах дороги, ведущей к дому на ранчо. Сюзанна не в силах была справиться с нахлынувшими чувствами – страхом, восторгом, ощущением новизны. Похолодало, над вершинами холмов нависли густые, плотные тучи, предвещая дождь или снег. Сюзанна поежилась, несмотря на старый черный плащ и бизонью шкуру, которой Натан укрыл ее колени.
Она сложила руки на коленях, стараясь не измять платье, починка которого вполне удалась. Сюзанна старательно выстирала его и вывесила сушиться на ветру, а затем пришила крошечные розетки из розовой материи поверх всех дыр, проделанных молью, – они словно повторяли узор самой ткани. Обведя одну из розеток пальцем, она прикоснулась к вырезу, убеждаясь, что он не опустился слишком низко. Сюзанна опять с досадой подумала, что наделена более пышными формами, чем мать.
Взгляд Натана остановился на ней.
– Ты прекрасно выглядишь, Сюзанна. Правда, малыш?
Кори сидел между ног Натана и был слишком занят, помогая ему управлять лошадью, и потому не ответил.
Сюзанна бросила в сторону Натана быстрый взгляд, не поверив его словам, но все равно исполнившись благодарности. Он повторил их уже второй раз. Появившись из спальни, раскрасневшаяся и взволнованная, Сюзанна обнаружила, что Натан поджидает её в комнате. Ей было непривычно видеть рядом мужчину, который не упрекает ее, а осыпает комплиментами. Боль, подобная грубой веревке, стиснула ее сердце. Ей будет нестерпимо одиноко, когда Натан, наконец, отправится на поиски другой работы.
Не отрываясь Сюзанна смотрела в сторону дома Стедерсонов, который быстро приближался. Это был самый просторный дом в округе, и не только потому, что Ларс Стедерсон считался одним из самых преуспевающих ранчеро штата, но и потому, что у него с женой Мэйбелл было восемь детей. А сейчас Мэйбелл ждала девятого.
Сюзанна старалась думать о чем угодно, только не о предстоящей вечеринке, но это не помогало. Танцы с Натаном будут наименьшим из ее затруднений, а может, и нет. Вскоре она всерьез задумалась над тем, какое из затруднений возникнет первым и поставит ее в глупое положение: то, что они с Натаном не женаты, или то, что они не могут танцевать вдвоем, не испытывая неукротимого возбуждения.
После первого урока танцев, когда Кори помешал им, Сюзанна бросилась в свою комнату и прильнула к зеркалу. Ее глаза блестели, щеки раскраснелись, а жилка на горле торопливо и заметно билась под кожей. Все эти признаки она замечала и прежде, но только рядом с Натаном…
Вскоре, окидывая взглядом широкую лужайку и аллею эвкалиптов, у которой уже стояло несколько повозок, Сюзанна почувствовала, что воспоминания о возбуждении сменились взрывом паники. Уроки кончились. Теперь ей не удастся спрятаться в своей комнате, когда скрывать чувства будет невозможно.
– Натан, я не смогу…
Он дружески потрепал ее по колену:
– Сможешь. Никто ни о чем не знает, кроме нас двоих, Сюзанна.
Она с трудом вздохнула.
– Спутанная паутина разрастается, распутать ее уже невозможно… Как узлы в мотке пряжи.
– Все будет хорошо, Сюзанна. Просто не забывай улыбаться и делать вид, что тебе очень весело. Кто знает, – добавил он с улыбкой, от которой сердце Сюзанны на миг остановилось, – может, тебе и правда понравится праздник. А если станет совсем трудно, вспомни о праздной болтовне.
– О луне, похожей на лимонный пирог, и глупых улыбках. – Она вздохнула, немного успокоившись.
– И мягком тесте тетушки Тилли, – напомнил Натан.
Краткий смешок вырвался у Сюзанны прежде, чем она сумела его сдержать.
– Да, и о тетушке Тилли.
Прикрыв глаза, она сосредоточилась на предстоящем вечере. После того, что она пережила за последний год, вечеринка в обществе такого мужчины, как Натан, должна стать удовольствием, а не пыткой. И, тем не менее, она чувствовала себя так, словно ее вели к дереву, на котором линчевали преступников: она была убеждена в своей вине. Но ничего не могла поделать. Положение стало безвыходным.
Эд Барнс перестал терзать свою скрипку и указал смычком на Натана и Сюзанну.
– Послушайте, мы играем «Супружеское блаженство» не просто так. Танцуйте!
Сюзанна слабо улыбнулась в ответ. Почему бы земле не разверзнуться и не поглотить ее?
– Не надо так пугаться. – Натан взял ее за руку. – Лучше пойдем потанцуем.
Стиснув руки на коленях, Сюзанна вглядывалась в танцующие пары. Танцы устроили в гостиной, мебель была придвинута вплотную к стенам. Сосредоточившись на музыке, Сюзанна пробовала считать такт.
– Это вальс?
– Да. – Натан встал и помог ей подняться. – Очень медленный и красивый.
