Кто я?Принц? Шейх? Наследник самой крупной в мире корпорации по добыче алмазов?Ни тот, ни другой.Я никогда не забываю о том, кто я, и какой я на самом деле.И теперь ЕЙ предстоит узнать худшую часть меня.Я заставлю ее кричать и плакать, молить о пощаде и обожать меня, презирая всем сердцем. Танцевать на стёклах в шаге от пропасти.Я выпью ее душу жадными глотками.Она станет новым эксклюзивным бриллиантом в моей коллекции, требующим скрупулёзной огранки. С упоением отточу все грани ее боли, наслаждаясь ее агонией и своей властью.Она никогда не сможет быть прежней… после меня.(с) ДЖАРЕДЯ никогда не хотела попасть в сказку.И поэтому просто шла по пути, который наметили родители, и не представляла себе другой жизни.Первая отличница в школе, гордость своего деспотичного отчима…Мой погибший отец говорил, что моя душа светла, словно платина.Но теперь этот металл ассоциируется у меня только с ЕГО глазами.Всего одно столкновение.Один взгляд.Одна ошибка, которая привела меня в самую жаркую и роскошную страну мира.И вот теперь я попала в НЕ сказку. Где шёлковый поводок и драгоценная маска, закрывающая все моё лицо — реальность.И ОН будет делать со мной все, что захочет. Возносить и толкать за грань. Снова и снова.(С) МЕЛАНИЯ«Каждый из нас носит в себе и ад, и небо.»Оскар Уайльд. Портрет Дориана Грея
Лана: В первую очередь, спасибо всем вам, дорогие читатели. Кто поддержал нас с Алексом, идею соавторства. Спасибо, за то, что ждали, не давали расслабляться, лениться, и мотивировали.
Спасибо Алексу, что вдохновлял меня. Я благодарна за возможность, написать с тобой. Ты вдохновлял, причинял нам с Меланией боль, уничтожал, и исцелял. Я многому у тебя научилась. И до тебя не представляла, что смогу написать с кем-то вместе. Ты все знаешь. Спасибо тебе.
Спасибо нашему редактору Яне, за кропотливую вычитку текста.
Алекс: Хочу поблагодарить читателей за терпение, комментарии и поддержку. Огромное спасибо каждому, кто нашел в своем сердце место для наших с Ланой героев. Отдельное спасибо хочу сказать Лане Мейер за возможность воплотить давнюю задумку о совместном проекте. Было классно. Ты подарила мне незабываемое путешествие. А так же спасибо редактору Яне за ее кропотливый труд.
Всем приятного чтения!
Паника.
Мне не хватает воздуха.
Вокруг тьма.
Давление в груди словно выбило кислород из моих легких, и вот я уже жадно пытаюсь вдохнуть, но не могу. Каждая попытка заканчивается кашлем, беспомощно давлюсь кляпом, и мысленно прощаюсь с жизнью. Если похитившие меня хотят денег, то я обречена… Боже, пусть конец не будет мучительным, я боюсь боли.
Слух разрезает монотонный звон и механический рев турбинного двигателя. Я мотаю головой, но по-прежнему ничего не вижу. Что-то скрывает мое лицо, я не могу скинуть это, и лишь отчаянно продолжаю дёргаться.
Теперь мне не просто страшно. Я в ужасе. Задыхаюсь еще сильнее, пытаясь побороть паническую атаку. Пот градом льется по спине, пока я пытаюсь освободится из оков. Я словно каменею, пальцы онемели, связанные за спиной запястья вспыхивают болью от каждого резкого движения. Сознание отказывается принимать действительность. Этого не может быть. Сон, страшный сон. Я все еще дома, в теплой постели, а не в самолете (теперь я уверена, что это самолет) в руках сумасшедших похитителей. Боже, да кому я нужна?
— Вытащи кляп, Амир, а то задохнется.
Полной грудью вдыхаю тяжелый и спертый воздух. Кашляю, содрогаясь всем телом. Грудная клетка горит огнем от острой нехватки воздуха, голова идет кругом. Пытаясь оценить ущерб, начинаю осознавать, что происходящее не сон, а самая жуткая из возможных реальностей. Я должна была понять… Хватит, Мэл. Прекрати жалеть себя. Ты жива, и он не убьет тебя. Хотя… Черт побери, он может сделать так, что я буду просить его, чтобы убил. Я знаю, что он может.
По крайней мере, я не раздета. Хлопковая пижама прилипает к липкому телу. Смутно вспоминаю как меня вытащили из кровати, не дав опомниться и до конца проснуться. Я не видела их лиц. Черт, я даже понять ничего не успела.
Когда тот, кого ОН назвал Амир вытаскивает изо рта кляп, я понимаю, почему ничего не видела и не могла дышать. Похититель вытащил кляп, но оставил мешок. Как в дешевом триллере. Идиотизм.
— Снимите с меня ЭТО! — кричу хрипло, во рту пересохло. Мой голос звучит глухо, неестественно и жутко. В очередной раз доказывая реальность происходящего.
Украдена из теплой постели, по прихоти
— Сними с меня ЭТО! — повторяю я по слогам.
— Ты действительно хочешь этого? — отвечает надменный снисходительный голос, пропитанный ласковыми, угрожающими нотками. Голос, от которого кровь в моих жилах стынет, несмотря на то, что я не хочу вообще, как бы там ни было, реагировать на него. Не хочу больше.
— Хочу! Сними с меня эту вонючую гадость! — мой голос словно надламывается и звучит как писк беззащитной мышки. Мне самой противно от своей трусости и слабости. Его мягкий и вкрадчивый смех возвещает о том, что подонка лишь смешат мои попытки сопротивления.
— Снимите, — короткий, точный, властный приказ, и с меня срывают мешок и повязку для глаз, в которой я уснула.
Я думала, что свет и зрение помогут справиться с удушьем, но как бы не так. Новая, более сильная волна паники вновь бросила меня в пот, и наши взгляды с подонком встретились.
Я чувствовала себя такой беззащитной под прицелом его глаз, в этой идиотской пижаме с мишками и гнездом спутанных волос на голове.
В то время, как ОН восседал на шикарном кожаном кресле кремового цвета и явно чувствовал себя королем и хозяином положения.
Свет, бивший в окно, подсвечивал его смуглую кожу.
Бронзовый блеск на точеных скулах.
Выразительные и мужественные черты лица, дарующие ублюдку дьявольскую красоту, которую он не заслужил. Судорожно вспоминаю, как проводила губами по четкой линии его челюсти, и сама ужасаюсь подобной мысли. Я верила, что он человек, что ему, как и другим, свойственно раскаянье, не чужды совесть и нежность. Глупая…. Мне хочется плакать, но он не дождется.
