— Я тебе что сказала делать⁈ — рычала девушка, левой рукой держа Мао за шиворот, а правой выбивая дурь из несчастного, почти не сопротивляющегося аборигена. — Я тебе сказала — забрать с собой Грегора. Почему, твою мать, я обнаружила его оставленным? А? Отвечай!
— Катерина, рискуя попасть тебе под горячую руку, всё-таки выскажу предположение, что великий кормчий сейчас не в состоянии тебе ответить. Может, не стоило пользоваться усилением скафандра для того, чтобы высказать свои претензии этому человеку?
— Поучи меня ещё, как договариваться с людьми! — рявкнула девушка, и ещё раз заехала несчастному, висящему тряпкой Мао в живот. — Ну⁈
— Кха… кха… Но, грозная Кэт, как я мог тратить силы на какого-то жука, когда нам нужно нести последние запасы⁈ — простонал мужчина. — Вы требуете невозможного. Это чужак, и он слишком тяжёлый. К тому же мы не знали, сможете ли вы вернуться. Если бы мы забрали таракана, нам пришлось бы бросить множество ценнейших вещей! Как бы мы тогда обустраивались в новом убежище⁈
— Да мне плевать! — ярилась девушка. — Я сказала — забрать таракана, надо было забирать таракана! Я смотрю, у вас тут принято легко расставаться с малоценными членами общества! Фашисты проклятые! Нет, ну люди везде одинаковые, но я вас научу, как правильно с тараканами обращаться! Это — мой таракан, и он для вас должен быть ценнее, чем любой возможный хлам! Я бы ещё поняла, если б у вас своих раненых некому было тащить, так нет же! Ууу, сволочи! Этих придурков на смерть отправили, теперь ещё и меня будем игнорировать⁈ Нет уж, так дело не пойдёт!
В общем, скандал получился знатный, и Маугли опять огрёб, потому что с дурна ума бросился защищать великого кормчего. Ну и получил соответственно, причём опять по самому ценному. Очень уж Кэт была на него зла.
— Юной приличной девушке не пристало выражать своё неудовольствие таким варварским способом! — Не мог не прокомментировать Муп.
— А мне очень даже понравилось, — признался Грегор. — Очень приятно, когда член твоей семьи так сильно о тебе заботится!
— А ты не расслабляйся! — рявкнула ещё не остывшая Нари. — И до тебя очередь дойдёт. Ну-ка расскажи мне, друг любезный, что ты знаешь о многоножках?
— Это ужасные, ужасные существа, воинственная Нари Кэт! — С готовностью пояснил таракан. — Кошмар для нашей несчастной планеты. Когда приходит большое тепло — от них нет спасения. Предания говорят, что мы едва смогли пережить их прошлое нашествие, и теперь, я вижу, они снова появились в наших местах. А это значит, что следующие несколько лет никому не будет покоя, никому не будет радости. Только сон. Бесконечный, тревожный сон с риском никогда больше не проснуться.
— Какой, нахрен, сон? — не поняла Нари. — Вы как козы, что ли? Испугался — парализовало? Как вы ещё живы тогда⁈
— Я не знаю, кто такие козы, великомудрая Нари Кэт, — важно ответил Грегор. — Но если они действуют таким же образом, как мы — это правильные существа. Как только мы узнаём, что приближается нечто, с чем невозможно бороться, нечто, уничтожающее всё на своём пути, пожирающее наши яйца и нас самих, мы понимаем — пришло время прятаться. Всегда, когда на нашу землю приходило тепло, являлись страшные, длинные, жестокие твари. И тогда мои предки уходили под землю. В самые глубокие и холодные ледники, туда, где эти существа не могут существовать. Уносили туда свои яйца, свои богатства, заваливали погреба толстыми каменными плитами, и впадали в спячку — на десятилетия и иногда даже на столетия. А потом проходило время. Природа наверху вновь становилась не такой жаркой, и страшные твари исчезали на юг, и тогда мы возвращались.
— Угу, — кивнула Нари. — А возвращались-то как? Ну, в смысле, если все спят, то как вы узнавали, что пора просыпаться?
— Раньше для этого всегда оставляли часовых. Эти герои жили, скрываясь, лишь время от времени выходя на разведку. Они следили за среднегодовой температурой. Чувствуя приближение смерти, один из часовых будил яйцо и воспитывал нового часового. А когда приходило время прохлады, время жизни, последний часовой будил всех спящих!
— Охренеть какая ненадёжная система! — поразилась Нари. — А если часовой того, сгинет? А если он, простите, просто рехнётся? Или его сожрут те же сколопендры? Да мало ли чего случится!
— О да! — приподнял в согласии крылья Грегор. — Такое иногда случалось. У нас до сих пор ходят легенды о городах, которые спят уже на протяжении тысячелетий. Сезон проходит за сезоном, год за годом, а они так и лежат в своих подземных ледниках, недвижимые, спокойные, незамутнённые. Многие искатели приключений отправлялись на поиски таких спящих — из желания обогатиться или прославиться. И некоторые даже находили. Вот например…
— Так, всё, заткнись! — отмахнулась Нари. — Тараканья мифология мне сейчас неинтересна. Ты, — она ткнула пальцем в Мао. — Всё, что знаешь о моих родителях, быстро. И о сколопендрах. Хотя стоп, отставить. Сначала ж надо вас как-то устроить, дебилов…
