Информация, записанная на крулосы посредством передачи электромагнитного сигнала на ультракоротких радиоволнах, полностью сохранилась в течении ста пятидесяти тысяч лет и при этом не было утеряно ни единого байта информации. Это было весьма обнадеживающим известием, ведь на пять тысяч крулосов было записано с помощью сложнейшего математического кода более двухсот тысяч терабайт информации, в которой не повторялось ни одного единого фрагмента, состоявшего всего из пятидесяти байт информации, записанной двоичным кодом. Нам уже можно было начать думать о том, в какой среде такие носители информации смогли бы выжить в течении восьмидесяти с лишним тысяч лет.
Поэтому я и пригласил к себе на завтрак Оорка и Кайора. Оба явились ко мне ровно в восемь часов утра и даже вырядились по этому поводу в парадные мундиры. Поспешу заверить вас, Джейн, что Вирати в то время на наших заседаниях никогда не присутствовала. Мне стоило больших усилий заставить обоих администраторов позавтракать. Оорк проявлял очень большое нетерпение и потому, едва попробовав блюда, приготовленные мной на завтрак, спросил меня:
– Старина, я внимательно прочитал отчет, составленный твоими ребятами и из него следует то, что эти слизняки, крулосы, способны хранить огромные массивы информации практически вечно. Что дальше, Эмиил?
– Да, профессор, что за этим последует? – Куда более спокойным образом поинтересовался Кайор.
Отодвинув от себя тарелку, я молча поставил перед собой три пустых бокала различной формы и взял в руки кувшин с соком и сказал:
– Нам нужно всего лишь выбрать сосуд, господа администраторы, в котором крулосы с нашей памятью смогут пройти сквозь время. К сожалению, мы не можем создать такие установки, которые будут способны в течении восьмидесяти тысяч лет поддерживать оптимальные условия, необходимые для их жизни. Из тех пяти тысяч крулосов, которые мы месяц назад загрузили в камеры темпоральных ускорителей, в живых осталось всего сто сорок семь, а это вовсе не тот результат, который поможет нам всем выжить.
Оба главных администратора огорченно переглянулись между собой. Оорк поставил передо мной свой опустевший бокал и спросил:
– Хорошо, Эм, я тебя понял, а теперь скажи нам, какой из сосудов нам следует выбрать? Судя по тем докладам, которые я уже успел изучить, на Ратитайрисе нет живых существ, которые могут в обозримом будущем стать разумными. Вверять же свою жизнь существам лишенным разума я бы поостерегся по целому ряду причин. Восемьдесят тысяч лет большой срок и главная из этих причин заключается в том, что ни один из видов этих животных не застрахован от исчезновения. Наверняка ты уже обдумывал то, как нам следует поступить?
Мои коллеги были настолько любезны, что все-таки позволили мне покончить с завтраком прежде, чем я приступил к более подробному рассказу. Незадолго до этого я успел закончить кое-какие расчеты и они позволяли мне сделать вполне ответственное заявление. Когда же я покончил с завтраком, то подвел своих коллег к компьютеру и вывел на экран приблизительное изображение того существа, которому собирался вверить жизни почти пятидесяти тысяч своих соплеменников. Оорк и Кайор посмотрели на экран без особого интереса, так как эти существа были весьма неказистыми на вид и мне пришлось дать им свои пояснения:
– Похоже, вам не нравится их внешний вид, господа? Но с этим придется пока смириться. У них будет еще время стать либо красивее, либо еще уродливее. Все будет зависеть от того, как эти существа будут адаптироваться к окружающей среде, да, к тому же мы не можем подходить к их внешнему виду с позиции чисто интайрийских понятий о красоте и гармонии. Лично я вижу свою задачу только в том, чтобы создать такой биологический вид, который, спустя пятьдесят тысяч лет станет высокоразвитым разумным существом, а еще через двадцать тысяч лет создаст зачатки цивилизации. Поэтому, поначалу, эти существа не будут особенно отличаться от диких зверей этой планеты, но они будут постепенно накапливать опыт, собирать знания о своем мире, систематизировать их и, в конце концов, обретут речь, знаковую систему общения, начнут развивать ремесла и искусство и придут к научному методу постижения мира. Разумеется, мы в состоянии сделать так, чтобы они были плоть от плоти, кровь от крови детьми этой планеты. Вот им то я и собираюсь доверить крулосов.
Кайор, который был постарше Оорка и в некоторых вопросах разбирался лучше его, немедленно задал мне вопрос:
