– Я возвращаюсь в Империю,– продолжил Джай.
– Они – твои аштари, и пойдут за тобой куда угодно,– резко ответил Триан.
Молодой лорд так и не понял, что именно разозлило степняка. То ли он посчитал, что Джай пренебрегал долгом рэма. То ли решил, что он считает аштари недостаточно надежными воинами.
– Детям степи не стоит жить за пределами Сейн Ашаль,– ответил молодой лорд.
И снова подумал о том, что со степняками было невероятно трудно вести разговор. Приходилось или отвечать традиционными фразами (и даже не надеяться на то, что сможешь чего-то добиться от собеседника), или тщательно обдумывать каждое слово. Чтобы не только прямое звучание, но и подтекст соответствовали тому, что нужно сказать.
Но сейчас Джай даже не пытался вести игру. Он говорил именно то, что думал. И Триан понял это. Степняк согласно кивнул ему в ответ, а потом спросил:
– Ты приказал им остаться?
Вопрос был вполне закономерный. Одно дело, если Джай отдал Лиаму и остальным такой приказ. А совершенно другое, если Триану самому придется разбираться с ними. Поэтому Джай ответил:
– Я дал им выбор.
– Какой?
– Я прошу тебя принять под свою руку тех, кто захочет остаться. Остальные уедут со мной.
– Хорошо, я выполню твою просьбу.
– Благодарю тебя, рэм Триан,– коротко поклонился Джай.
Он снова оглянулся на зал, надеясь, что за эти несколько минут на него перестали обращать внимание. Но его ожидало разочарование. Конечно, на него уже не смотрели так открыто, но косых взглядов было предостаточно. И жалили эти взгляды не хуже, чем оскорбления, брошенные прямо в лицо. Поэтому Джай решил не задерживаться.
– Мое присутствие здесь необходимо?– спросил он.
– Вообще-то нет,– ответил Райн,– церемония уже закончилась.
– Тогда мне лучше вернуться к себе.
Райн безразлично пожал плечами. Зато Триан хмуро оглядел зал, а потом согласно кивнул. Степняку явно не нравилось странное поведение древних. Но молодой лорд так и не понял, что именно беспокоило Триана. Безопасность нежданно обретенного родственника, который за несколько дней умудрился доставить им столько хлопот? Или недовольство представителей древней расы, которые, по сути, обеспечивали безопасность Итиль Шер? Для Джая выбор был очевидным.
Он коротко попрощался с обоими сыновьями хагана, и сразу же направился к выходу. Поэтому никак не мог услышать те несколько фраз, которыми обменялись Райн и Триан после его ухода.
– А ты говорил, что из него получится хороший рэм,– задумчиво протянул Райн, глядя вслед удалявшемуся мальчишке.
– Ты не согласен?– поинтересовался Триан.
– А разве не ты говорил, что принимать решения должен рэм, а все остальные могут их только исполнять?
Триан с сожалением посмотрел на брата. Словно тот не мог понять очень простую истину, известную практически любому.
– Рэм может заставить воина выполнить приказ,– сказал он,– но настоящему рэму не нужно никого заставлять. Потому что его воины сами захотят выполнить все, что он скажет.
– А этот мальчик может стать именно настоящим. Воины, которые уйдут вместе с ним, будут преданы ему до самой смерти. И не потому, что они должны ему подчиняться, а потому что они этого хотят.
– Ну, если ты так говоришь,– безразлично пожал плечами Райн.
Его мало интересовали воинские обычаи. Он выбрал для себя совсем другой путь.
Но откуда было знать об этом Джаю? Он быстро шел по коридору, удаляясь от зала, в котором остались сыновья хаган, а вместе с ними и ненавистные эльфы. И думал о том, что был бы просто счастлив никогда не видеть ни одного из представителей древней расы живших в Хаганате.
