Сегодня Джаю на все это было наплевать. Потому что всесильный Барус ничем не помог, когда они нуждались в помощи, а сам дрожал как осиновый лист, пока враги не убрались прочь. Потому что он чуть не потерял отца. Потому что сегодня умер Терех. Умер, защищая их дом и его самого. Потому что, в конце концов, это были его земля, его замок, его люди, и даже тот мальчишка, который стоял за его спиной, принадлежал ему и только ему. Да просто потому, что он терпеть не мог этого Баруса.
Герцог никак не отреагировал на заявление сына, но Джай чувствовал, что отец удивлен. Вообще все присутствующие смотрели на него с недоумением. Все, кроме советника Баруса, рассматривающего стоявшего перед ним молодого лорда с каким-то болезненным интересом. Казалось, еще чуть-чуть, и он начнет вертеть Джая, как куклу-марионетку, разглядывая со всех сторон. Такое внимание еще больше разозлило юношу. Так разозлило, что он уже не мог удержать в себе свою ярость. На одно короткое мгновение он встретился глазами с советником, и позволил ей выплеснуться наружу. Но это только еще больше раззадорило мага.
– Не волнуйтесь, милорд,– произнес Барус с самой доброжелательной улыбкой на лице,– никто не претендует на вашу собственность.
Лицо мага при этом просто сияло от восторга, казалось, что он нашел сокровище – бесценный клад. Наверно, если бы советник просто рассмеялся ему в лицо, Джай удивился бы гораздо меньше. Странное поведение мага подействовало на него отрезвляюще, и теперь уже юноша с недоумением смотрел на Баруса.
– Надеюсь, вы не возражаете против простого допроса, конечно же, в вашем присутствии? Уверяю вас, вашему пленнику не будет причинен никакой ущерб,– поинтересовался советник.
– Тогда вы разрешите мне посмотреть на него поближе?– очень вежливо и на этот раз без тени насмешки попросил маг. Молодому лорду не оставалось ничего другого, кроме как пропустить его к пленнику.
Тот стоял, спокойно глядя на приближающегося к нему мага (такому спокойствию позавидовал бы сам герцог). Он никак не отреагировал, даже когда Барус бесцеремонно ухватил его за подбородок и запрокинул голову, чтобы лучше рассмотреть лицо. А Джай подумал, что баронет зря отрастил такую челку, да за такие глаза как у него, огромные, причем, просто таки небесно-голубого цвета, любая придворная дама не только продала бы свою душу, но даже согласилась бы собственноручно мыть пол и чистить кастрюли. Хотя, если бы у Джая были такие глаза, он бы, наверное, тоже их прятал.
– Любопытно,– пробормотал советник, но было видно, что заинтересовала его вовсе не внешность пленника. Свободной рукой он провел по лицу мальчишки, словно снимая с него маску. Именно таким движением мастер Риам снимал иллюзию чужого облика.
При этом внешность пленника практически не изменилась. На самом деле он выглядел теперь лет на шестнадцать, был немного выше и тоньше, изящнее что ли, чем раньше, и уже не казался таким болезненным. Но это были единственные перемены, которые заметил Джай. Черты лица, и цвет волос остались прежними. Даже цвет глаз оказался настоящим.
– Очень любопытно,– чуть громче повторил советник.
Но ему не нужно было привлекать ничье внимание – все и так смотрели только на него.
– Эльф,– констатировал Барус.
"Как будто диагноз поставил",– подумал Джай и уставился на пленника во второй раз. Потому что теперь он был уже убежден в том, что это была совсем не его мысль.
– Но ведь эльфы исчезли несколько тысяч лет назад,– удивленно пробормотал мастер Дриан.
– Поздравляю с прекрасным приобретением, милорд,– усмехнулся Барус, выпуская пленника, и поворачиваясь к Джаю,– вам достался очень редкий экземпляр.
Хотя эльф никак не отреагировал на последние слова мага, молодой лорд понял, насколько сильно они задели и унизили его уже по тому, как мгновенно напряглась его спина, а взгляд заледенел. Но пленник достаточно быстро справился с собой, чтобы этого больше никто не заметил.
