– Так-так что тут у нас? – с явным презрением и насмешкой проговорил толстый сержант, раскрывая поддельное удостоверение. – Капитан Меньшов, уголовный розыск. Так… района…так… города… Москвы. О, Москва?! – он усмехнулся и закрыл удостоверение. – Сам нарисовал или дружки помогли?
– Это настоящее.
– Мы это проверим. Не беспокойся. Обязательно проверим, – кивнул головой высокий капитан, забрав удостоверение из рук своего сослуживца, и засунул его себе в карман. – А пока капитан Мешков, или как тебя там, руки за спину и в машину.
– Капитан Меньшов меня зовут, выродок.
– Что?! – возмутился служитель закона, сверля его недобрым взглядом.
– Я сказал, капитан Меньшов.
– А потом?
– Что, "потом"?
– Ты еще что-то сказал.
– Ничего не сказал. Тебе наверно послышалось.
– Да? Послышалось? Ты точно в этом уверен? – Капитан посмотрел на толстого коротышку в форме сержанта полиции и кивнул на Олега. – Давай надевай наручники на этого умника и сажай его в машину. В отделении научим его правильно разговаривать с сотрудниками. И заодно уши прочистим!
Сослуживец послушно подбежал к Громову, схватил его за руки и завел их за спину. Олег не сопротивлялся. Пока не сопротивлялся. Браслеты тут же защелкнулись на запястьях и сержант, схватив его за рукав кожаной куртки, тяжело пыхтя и отдуваясь, потащил к патрульной машине.
– Постой! – проговорил капитан и подошел к ним. – Это чтобы больше мне ничего не слышалось.
И в следующий миг он изо всех сил ударил Громова в живот. Удар получился сильным и жестким. Но он все же устоял на ногах.
– Это у вас так принято проводить задержание? – сдавлено проговорил Олег, приглушенно кашляя и жадно глотая воздух. – Может, хоть скажете, в чем я обвиняясь? Меня в чем-то подозревают? Или это у вас меры такие по профилактике преступлений?
– Так, только не надо принимать нас за дураков. У нас есть свидетели, которые видели, как ты напал на женщину с ножом и пытался ее ограбить и изнасиловать. И потерпевшая утверждает, что это был именно ты.
– Правда?!– злорадно усмехнулся Громов, глубоко вздыхая, чтобы восстановить дыхание. – Интересно было бы на нее взглянуть. А еще хотелось бы посмотреть на ваших свидетелей, которые так быстро дали показания.
– Давай в машину, умник!
Убрав пистолет в кобуру, капитан схватил его за шею и вместе с сержантом потащил к патрульной "Ниве".
– Может, руки-то уберешь свои? – зло процедил Олег.
– Ты как разговариваешь со мной, тварь?! – Капитан сжал свои цепкие пальцы на его шее и, высокомерно склонив к нему голову, издевательски проговорил: – Знаешь, что я могу с тобой сделать за оскорбление сотрудника полиции?
– Защекотать меня до смерти? – съязвил Громов.
– Шути-шути, а то потом не до шуток будет. Посмотрим, кто из нас будет громче смеяться, когда у тебя в заднице окажется бутылка из-под шампанского.
‒ А так вы у себя тоже практикуете бутылочное правосудие? ‒ усмехнулся Олег.
– Я-то доживу, у меня навыки есть, выживания, а кто-то другой, окажись он на моем месте, может и не доживет, – утвердительно кивнул Олег. – А знаешь почему? Потому что государство, законы которого ты охраняешь, насквозь прогнило и настолько смешалось с бандитами, что уже не разобрать, где бандиты, а где власть. Бандиты пришли во власть. А власть стала бандитской. А ты яркий пример этой системы.
– Что-то не сильно ты уважаешь власть?
– А ты мне скажи, как можно уважать власть в этом бандитском государстве, которое управляется кучкой зажиревших олигархов и лжецом-президентом?
– Ну, это твое дело, уважать или не уважать президента, мое дело ловить таких как ты и сажать их за решетку.
– Сдается мне, такие вот продажные твари вроде тебя, ловят одних бомжей да проституток или собирают дань с гастарбайтеров, или притоны крышуют. К вам уже люди на улице подходить боятся. Вы стали хуже бандитов, ей богу. Служители закона, мать вашу! У одного из живота скоро жир попрет. А у второго нервы как у психа законченного. Того и гляди начнет палить по всем подряд без разбора. Не понимаю, зачем набрали инвалидов в органы?
– Что?!
– Я сказал, руки убери, гнида!
– Ну, всё, гад…
