Он неуверенно открыл калитку и вошел во двор. Прямо перед ним предстала ровная прямая дорожка, из декоративной бетонной плитки, по которой он не спеша, проследовал до самой входной двери. Дверь была закрыта изнутри, и он обернулся назад, чтобы лучше ознакомиться с тем местом, в котором оказался.
Осматривая двор, Олег заметил, что все вокруг было чистым и ухоженным и деревья и клумбы и эта дорожка, по которой он шел к дому. Все сияло чистотой, и везде был порядок, и почему-то это показалось ему особенно странным и подозрительным. Он пока не мог понять почему, но чувствовал, что рано или поздно догадается, что именно вызвало в нем эти подозрения.
Внезапно за спиной раздался скрежет дверного замка, Громов повернулся к двери, которая медленно отворилась и на пороге появилась молодая женщина в белом домашнем халате, с бледным осунувшимся лицом и усталыми влажными глазами. Не сложно было догадаться, что перед ним стояла вдова погибшего Яковлева.
– О чем вы хотите со мной поговорить? – чуть слышно произнесла она, вытерев слезы и поправив спутанные волосы.
Он открыл, было, рот, чтобы поздороваться, но слова так и застыли у него в горле. Быть может потому, что перед ним предстала необычайно красивая женщина, или потому что он увидел, как сильно она была подавлена и разбита горем, которое обрушилось на нее после смерти близкого человека. Олег не знал.
Он все так же продолжал стоять и смотреть в ее большие черные и мокрые от слез глаза и не мог ничего с собой поделать. Наконец, она прервала молчание и тихо произнесла:
– Пойдемте в дом.
– Я вас раньше не видела, – с интересом проговорила хозяйка дома, заметив, как он смотрит на нее. – Вы из другого отдела?
– Я приехал из Москвы, вот мое удостоверение. – Громов раскрыл перед ней корочки и убрал их обратно во внутренний карман куртки, прежде чем она успела что-либо прочитать.
– Странно, почему вы приехали опять опрашивать меня? – произнесла она содрогнувшимся голосом. – Ведь дело уже закрыто и приговор давно вынесен. Меня уже столько раз допрашивали…
– Вы плохо себя чувствуете? Давайте я зайду в следующий раз.
Олег встал, чтобы пойти к двери, но она остановила его, вскочив с дивана и схватив его за руку.
– Нет. Постойте! Не обращайте на меня внимания. Со мной все в порядке. Просто сегодня я весь день плачу и сама не знаю почему. Быть может потому, что перебирала наши старые вещи, фотографии… и снова все это вспомнилось.
– Да-да я понимаю…
– Со мной все хорошо. Я хорошо себя чувствую. Можете задавать вопросы, если вас что-то интересует.
– У меня немного вопросов.
– Тем более. Тогда садитесь и спрашивайте. И не бойтесь. Я давно смирилась с его потерей.
Ну, насчет этого она, конечно, солгала, подумал Олег и уселся обратно в кресло, после чего и вдова вернулась на свое место.
– Меня вот что интересует, Анна Сергеевна…. За два дня до гибели ваш муж подал заявление в полицию о вашей пропаже. Но потом сразу же забрал его и извинился. Сказал, что это было недоразумение, и что вы со своей дочерью уехали к родственникам. Что вы можете об этом сказать?
Яковлева отвела взгляд в сторону, словно пытаясь вспомнить события тех роковых дней.
– Действительно, произошло недоразумение, а все по моей вине, – она на некоторое время замолчала, вытерла мокрым платком слезы и, тяжело вздохнув, продолжила: – Мы с дочерью собирались съездить к сестре на выходные. В тот день мы опаздывали на поезд, а Сергея не было дома, поэтому я написала записку о том, что мы уезжаем, и оставила ее на входной двери. Вероятно, ветер сорвал ее и когда он пришел домой, он не обнаружил ни нас, ни записки. Естественно он испугался и пошел в полицию, ну а позже все выяснилось, и он забрал заявление. Вот собственно и все.
Олег в задумчивости покачал головой и опустил взгляд вниз. Он некоторое время рассматривал носы своих ботинок, потом после недолгой паузы проговорил:
– Значит, вы просто ездили к родственникам?
– Да.
– Недоразумение…
– Да. А в чем дело?
– Мне это кажется странным, а вам – нет?
– Не знаю… – равнодушно произнесла она.
– Нет, пожалуй, я сформулирую этот вопрос по-иному. Вам самой не показалось это странным?
– Что именно?
– Вам не показалось странным, что после того, как вы уехали, он сразу пошел в полицию?
– Я же сказала, он был напуган!
– Да-да, я помню. И все-таки он сразу пошел в полицию. Сразу же после того как вы уехали!
– Не сразу! На следующий день.
